Шрила Сатчитананда Бхактивинода Тхакур (часть 1)

августа 23, 2011

2 сентября 1838 года на нашей планете появился на свет ближайший спутник Господа — маленький Кедарантах Датта. Впоследствие этот ребёнок стал одним из самых выдающихся вайшнавов всех времён и народов, который всемирно прославился под именем Бхактивинода Тхакура. Ко дню явления этого замечательного преданного мне хочется познакомить читателей нашего журнала с очень интересной историей жизни этого величайшего человека, но поскольку материал этот очень объемный, мы будем выкладывать его по частям.

Три величайших спутника Господа, которые изменили этот мир…

Бхактивинода Тхакура, Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур, Бхактиведанта Свами Прабхупада

Цель этой статьи о Шриле Саччидананде Бхактивиноде Тхакуре прежде всего в том, чтобы представить его в истинном свете — как всецело духовную личность. Хотя Бхактивинода Тхакур на первый взгляд кажется обыкновенным бенгальским интеллектуалом, который из любознательности обратился к сознанию Кришны и потом постепенно достиг духовного совершенства, нужно всегда помнить, что он относится к числу приближенных Верховного Господа, вечно сознающих свою истинную природу. Бхактивинода Тхакур явился из духовного царства, чтобы продолжить миссию Господа Чайтаньи Махапрабху. Какими бы ни были внешние обстоятельства жизни Тхакура, его ни в коем случае не следует считать одной из обусловленных душ этого мира, ибо он принадлежит к ближайшему окружению Кришны на Голоке Вриндаване, высшей планете духовного неба.

Из-под пера Бхактивиноды Тхакура вышло более ста книг, необычайно глубоко объясняющих философию Господа Чайтаньи. Песни и стихи Тхакура, в которых он описал свои экстатические эмоции и прозрения, по утверждению ачарьев-вайшнавов, тождественны гимнам Вед и выражают высочайшую любовь к Богу. Бхактивинода Тхакур денно и нощно служил Господу, проповедуя учение Шри Чайтаньи Махапрабху. Не будет преувеличением сказать, что именно Тхакур возродил начатое Господом Чайтаньей духовное движение и является самым выдающимся философом в истории Гаудия-вайшнавизма со времен Шрилы Баладевы Видьябхушаны — автора «Говинда-бхашьи», признанного комментария на «Веданта-сутру». Литературный труд и духовная мудрость Шрилы Бхактивиноды достойны шести Госвами Вриндавана, главных учеников Шри Чайтаньи Махапрабху. Поэтому Тхакура по праву называют «седьмым Госвами».

намо бхактивинодая
сач-чид-ананда-намине
гаура-шакти-сварупая
рупануга-варая те

намаха-поклоны; бхактивинодая — Шриле Бхактивиноде Тхакуру; сат-чит-ананда намине — известному под именем Саччитананды; гаура-Господа Чайтаньи; шакти — энергии; сварупая — олицетворенной; рупа-ануга-варая — всеми почитаемому последователю Шрилы Рупы Госвами; те — тебе.

Я в глубоком почтении склоняюсь перед Саччитанандой Бхактивинодой, олицетворением трансцендентной энергии Чайтаньи Махапрабху. Он неуклонно следует по пути, который указали Госвами, во главе со Шрилой Рупой.

Шрила Сатчитананда Бхактивинода Тхакур (часть 1)

  1. Исторический обзор
  2. Родословная Бхактивиноды Тхакура
  3. Детство
  4. Школьные годы

 

1. Исторический обзор

Бхактивинода Тхакур жил в критический для Индии период завоевания этой страны англичанами. Англичане с презрением относились к культурному наследию Индии и не жалея сил пытались насадить свою систему образования. Один из английских «просветителей» того времени, Томас Маколи, писал:

Никакой востоковед не станет отрицать, что всего лишь одна полка хороших европейских книг стоит всей индийской и арабской литературы… Исторические сведения, которые содержатся во всех санскритских трудах вместе взятых, представляют еще меньший интерес, чем те, что можно найти в самых простых сокращенных английских изданиях для учащихся начальных классов… Перед нами стоит несложный вопрос: если у нас есть возможность учить индийцев английскому языку, зачем преподавать им языки, на которых нет ни одного стоящего произведения?.. Если мы в состоянии покровительствовать подлинной науке, зачем содержать за общественный счет медицину, которой устыдится даже малообразованный английский ветеринар, астрономию, вызывающую смех у воспитанниц женского пансиона, историю, которая изобилует рассказами о царях тридцатифутового роста, правивших миром по тридцать тысяч лет, и географию, рассказывающую об океанах патоки и реках топленого масла?.. Туземное население необходимо научить говорить по-английски, и это должно быть нашей главной задачей. Только в одном я полностью согласен со своими оппонентами: поскольку наши возможности ограниченны, мы не в силах дать образование всем индийцам. Вот почему сейчас мы должны создать прослойку индийцев со вкусами, взглядами, нравами и интеллектом англичан. Им мы доверим облагораживание местных языков и обогащение их западными научными терминами. Эти индийцы будут нести знание в массы.

Религиозный шовинизм в то время также принимал крайние формы. Например, английский исследователь доктор Титлер считал, что «жизнеописания Будды и Кришны представляют собой не более чем искаженные подобия христианства«, а другой англичанин, историк Джеймс Миля, открыто называл вайшнавизм «религией дикарей«. Излишне говорить о том, как препятствовало возрождению вайшнавизма такое отношение к индийской культуре и религии.

В последствии ситуацию осложнили индийские интеллектуалы, которые, получив образование в английских школах, привыкли не задумываясь повторять критические суждения своих учителей. Они считали Веды и Пураны собраниями увлекательных мифов, не имеющих отношения к реальности, и думали, что если в индийской философии и есть какой-то смысл, то его нужно искать в Упанишадах, которые проще трактовать в свете философии имперсонализма. Некоторые индийские реформаторы даже пытались объединить индуизм с христианством. Тем самым они надеялись сделать ведическую философию более понятной и доступной для современных мыслителей. Подобная тенденция ясно прослеживается в идеях Раммохана Рая, известного бенгальского философа-эклектика, который многое позаимствовал из христианства и западных философских школ. Он создал собственное учение, брахмоизм, и проповедовал так называемый рационалистический подход к толкованию священных Вед. При этом он отвергая учение Гаудия-вайшнавов и критически отзывался о Чайтанье Махапрабху. Как сказал о Раммохане Рае один из его соотечественников, «он хотел упразднить индуизм и распространить более чистые и высокие религиозные и нравственные идеалы«. Разумеется, все рассуждения Раммохана Рая о «более чистых и высоких идеалах» были всего лишь казуистикой и не имели никакой духовной ценности. Несмотря на это, идеи Раммохана Рая и других подобных «философов» приобрели популярность среди бенгальской молодежи, которая слепо подражала английскому образу жизни.

Последним и, пожалуй, самым серьезным препятствием, с которым столкнулся Бхактивинода Тхакур, были многочисленные группы сахаджиев, или псевдо-вайшнавов, которые появились уже после Чайтаньи Махапрабху. Хотя с тех пор прошло всего несколько веков, непогрешимое учение Господа Чайтаньи было предано забвению, и лишь немногочисленные отшельники следовали ему, но, к сожалению, они никому не проповедовали. Поэтому большинство людей считало сахаджиев, которые придерживались сомнительных убеждений и обычаев, представителями ортодоксального учения Гаудия-вайшнавов. Одни сахаджии выдавали свою чувственность за чистую, божественную любовь. Другие пытались совместить Гаудия-вайшнавизм с исламом. Третьи совершали колдовские ритуалы, курили марихуану, предавались разврату и обманывали простодушных людей, прикрываясь непогрешимым учением Господа Чайтаньи. К тому же, одно издательство начало публиковать многочисленные сочинения сахаджиев. Эти книги, напечатанные мелким шрифтом на дешевой бумаге, снискали большую популярность среди простодушных селян. В результате число групп сахаджиев стало быстро расти. В то же время Шрила Бхактивинода, несмотря на все свои старания, в течение восьми лет не мог найти ни одного, даже рукописного, экземпляра «Чайтанья-чаритамриты», поскольку вайшнавская литература в то время почти не издавалась.

Бхактивинода Тхакур вел нелегкую борьбу за возрождение чистой, подлинной философии Гаудия-вайшнавов и его усилия увенчались небывалым успехом. Несмотря на все препятствия, ему удалось возродить начатое Господом Чайтаньей духовное движение. Немаловажную роль в этом сыграла публицистическая работа Тхакура и, в первую очередь, издание популярного в то время журнала «Саджджана-тошани«, а также философских трудов шестерых Госвами и их последователей.

Д-р Рамаканта Чакраварти пишет:

Вайшнавская журналистика, да и сама организация Гаудия-вайшнавов в Бенгалии своим появлением обязаны энергичному помощнику мирового судьи Кедаранатхе Датте Бхактивиноде.

Успеху Бхактивиноды Тхакура во многом способствовало и то, что он сумел организовать проповедь учения Гаудия-вайшнавов в деревнях, обнаружил истинное место рождения Господа Чайтаньи, ставшее с тех пор главным местом паломничества в Бенгалии, а также воспитал и обучил многочисленных учеников.

Сын Бхактивиноды Тхакура Шрила Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур продолжил дело отца и расширил движение Гаудия-вайшнавов по всей Индии и даже другим странам Азии и Европы. Его ученик Шрила А.Ч. Бхактиведанта Свами Прабхупада распространил послание Господа Чайтаньи в других частях планеты и основал более ста храмов, сельскохозяйственных общий, школ и институтов. Тем самым он претворил в жизнь самые заветные мечты Бхактивиноды Тхакура.

 

2. Родословная Бхактивиноды Тхакура

В своей биографии Бхактивинода Тхакур пишет:

Я появился на свет в роду, который ведет начало от Пурушоттамы Датты, каястхи из Каньякубджи, В свое время пятеро каястх: Макаранда Датта, Дашаратха Васу, Калидас Митра, Дашаратха Гуха и Пурушоттама Датта пришли в Бенгалию вместе с царем Адисурой. Старший из них Шри Пурушоттама Датта вместе с семьей обосновался в Балиграме. Впоследствии один из его потомков переехал в Андулаграм и возглавил там общину каястх.

Другой потомок Пурушоттамы Датты Раджа Кришнананда Датта был отцом великого ачарьи-вайшнава Нароттамы даса Тхакура и неоднократно принимал у себя дома Господа Нитьянанду. Внуку Раджи Кришнананды Говиндашарану Датте Султан Делийский однажды пожаловал участок земли на берегу Ганги в западной Бенгалии. Там Говиндашаран построил город Говиндапур. Со временем Говиндапур вместе с соседним Калигхатом и Сутануги стал частью Калькутты. Когда англичане начали строить в Говиндапуре форт Уильяме, они дали Говиндашарану участок земли в Хатакхоле. Правнук Говиндашарана по имени Кришначандра был выдающимся вайшнавом. Его сын Маданамохан Датта, купец и землевладелец из Калькутты, тоже известен своей праведностью. Он пожертвовал несколько сотен тысяч рупий на строительство лестницы длиной в 395 ступеней на вершину горы Претасила, где приходящие в Гаю паломники поклоняются лотосоподобным стопам Господа Вишну. В этом месте Господь Чайтанья впервые встретился со своим духовным учителем Ишварой Пури. Маданамохана Датта был отцом Раматану Датты, а его сын Раджаваллабха Датта приходился Кедаранатхе дедом по отцовской линии. Он обладал мистическими силами и мог предсказывать будущее.

О своих родителях Бхактивинода Тхакур пишет:

Мой отец Анандачандра Датта Махашая был глубоко верующим и очень прямодушным человеком. Хотя в свое время его считали самым красивым мужчиной в Калькутте, он был чужд привязанности к чувственным удовольствиям. Моя мать Шримати Джаганмохини была очень умна, искренна и верна мужу.

Ее отец Ишвара Чандра Митра Мустофи, потомок благородного рода Рамешвары Митры Мустофи, был сказочно богат. Ему принадлежало огромное имение с сотнями слуг и служанок. Как самый влиятельный заминдар Надии, Ишвара Чандра считался вторым по важности человеком после правителя этой области.

Прадеду Кедаранатхи со стороны отца Раю Раяну Джаганнатхе Прасаду Гхошу, землевладельцу из Катаки, принадлежала деревня Чхоти Говиндапур на берегу реки Випра и несколько других деревень. Когда Рай Раян умер, его имением завладел управляющий по имени Рамахари, пользуясь тем, что дед и бабушка Кедаранатхи жили в то время в Калькутте. Когда они приехали в Ориссу и заявили свои права на наследство, Рамахари отказал им. Тогда Анандачандра по просьбе отца поехал в Ориссу улаживать спор. Началось судебное разбирательство, которое продлилось три года. Выиграв дело, дед с бабушкой отправились в Ориссу, а Анандачандра с женой и старшим сыном Абхаякали переехали в Улу, где у них родился второй сын, Калипрасанна. Не пробыв в Уле и нескольких дней, Анандачандра снова поехал в Ориссу, поскольку Рамахари требовал его присутствия, чтобы вернуть награбленное.

 

3. Детство

Бхактивинода Тхакур родился в воскресенье второго сентября 1838 года в Надии в деревне Ула. Давным-давно эта деревня, стоящая на берегу Ганга, была процветающим речным портом и называлась Бирнагар.

Однажды на подходе к Бирнагару караван кораблей принца Шриманты Сандагара попал в сильный шторм. Опасаясь за свою жизнь и сохранность судов, принц стал молиться Улачанди, супруге Господа Шивы, и шторм прекратился. Впоследствии принц построил в Бирнагаре храм богине Улачанди, в честь которой деревня и получила название Ула.

Шрила Бхактивинода был третьим сыном Анандачандры Датты и Джаганмохини-деви. Когда Кедаранатха, которого нарекли так в честь Господа Шивы, появился на свет, его отец все еще был в Ориссе. По традиции, астролог определил точное время рождения ребенка по обычным и песочным часам. Бхактивинода Тхакур пишет в автобиографии:

Я родился крупным ребенком. Мой старший брат, Абхаякали, к этому времени уже скончался, а второй брат, Калипрасанна, был еще жив. Про меня мать говорила: «Пусть он не так красив, как его братья, лишь бы жизнь его была долгой«… Однажды, когда у меня только начали резаться зубы, няня спускалась со мной на руках по лестнице, и я от тряски сильно прикусил язык. Шрам от этого у меня остался до сих пор.

По рассказам той же няни, как-то раз Кедаранатха, которому тогда было уже почти два года, увидел севшего неподалеку ворона и сочинил такой стишок:

«Ворон, ворон, баклажанный цвет! Папа едет, ты уйдешь с дороги или нет?»

Услышав это, ворон перешел в другое место, и находившиеся неподалеку слуги сказали мальчику:

«Должно быть, твой отец и правда скоро вернется».

И действительно, отец Кедаранатхи приехал через несколько дней.

Первые уроки Кедаранатхи проходили на веранде храма в поместье его деда по матери, Мустофи Махашаи. Там училось много деревенских ребят. Учитель был очень строгим, и мальчики его боялись. Бхактивинода Тхакур пишет:

«В возрасте трех лет меня отдали в школу Карттики Саркары. Я до сих пор помню, как он грозил нам розгой».

В доме деда часто проходили праздничные церемонии. Особенно пышно отмечали Дурга-пуджу, так как родственники Кедаранатхи по матери в основном были почитателями Дурги.

В праздничные дни храм освещался сотнями лампад, украшавших колонны и стены. Все сторожа надевали парадную форму. Из Ранагхата и Шантипура приходили толпы богатых тучных мужчин в расшитой золотом одежде. Их сопровождало множество солдат и телохранителей. Праздничную сцену окружало море людей, а фейерверки и горящие повсюду огни делали происходящее похожим на битву на Курукшетре. В первый день устраивали танцы. Гости танцевали до полного изнеможения, совершенно забыв о религиозной подоплеке праздника. Поздно ночью начиналось выступление певцов, которые пели так пронзительно, что у меня начинали болеть уши. На время праздника несколько десятков брахманов, специально приглашенных из Западной Бенгалии, устанавливали в храме огромную статую богини Дурги, отлитую из восьми металлов, и поклонялись ей. Во время церемонии поклонения, которая длилась три дня, богине подносили роскошные одежды и самые изысканные яства. На шестой день приходили барабанщики и играли так громко, что весь храм ходил ходуном. На девятый день в жертву богине приносили множество козлов и буйволов.

По этому поводу Бхактивинода Тхакур иронично замечает:

На празднике веселились все, кроме несчастных животных, а большинство брахманов и пандитов приходило лишь для того, чтобы поесть мяса.

О другом празднике он пишет так:

Во время Дола-ятры все кругом пели и веселились. Люди кидали друг в друга красной краской, и поэтому всё вокруг казалось окрашенным кровью. Даже сторожа участвовали в этой забаве. Они были в таком азарте, что я держался от них подальше. Большое впечатление на меня производил праздничный костер.

Кроме того, по праздникам в центре деревни устраивали бои буйволов и слонов. Гигантских буйволов с закованными в железо рогами стравливали со слонами, чьи бивни тоже были закованы в железо. Затем зрители поднимались на плоские крыши домов наблюдать за ходом поединка.

В то время Мустафи Махашая был настолько богат, что любой мог прийти к нему и попросить необходимое. Все жители деревни были счастливы и не знали ни в чем нужды. Ни дня не проходило без праздника или каких-нибудь развлечений.

Было время, когда Ула не ведала забот. Там жило полторы тысячи брахманских семей, а также семьи каястх и вайшьев. В Уле никто не голодал. В те дни всего было в достатке. Деревенские жители любили веселье. Они пели, музицировали и рассказывали друг другу увлекательные истории. Кругом ходило так много упитанных брахманов, что их невозможно было сосчитать. Жители деревни были остроумны, красноречивы и мудры, а также искусны в пении и музыке. В любое время дня в деревне можно было встретить группы людей, поющих и танцующих или играющих в кости и шахматы. Если кто-нибудь испытывал нужду, он обращался к Мустафи Махашае, и тот помогал ему. В деревне не было недостатка в лекарствах, топленом и растительном масле. Жителям Улы не нужно было устраиваться на работу, чтобы прокормить семью. Какие это были счастливые времена!

 

4. Школьные годы

Когда Кедаранатхе исполнилось пять лет, его отдали в школу. Учитель был очень жестоким. Он держал младших учеников в страхе, заставляя старших учеников наказывать их.

Мальчики постарше пользовались особым доверием учителя и мучили тех, кто был младше. Тот, кто приходил на занятия первым, получал один удар палкой, вторым-два удара, третьим — три и так далее. Сначала детей учили писать углем на дощечке. Через год они писали на банановых листьях, и лишь потом им разрешали писать на бумаге. Старших мальчиков учили счетоводству для работы у заминдара и судебному делопроизводству. Младшие ученики предъявляли иски и давали свидетельские показания, которые рассматривались, как в настоящем суде. После судебного разбирательства выносился приговор, который должен был утвердить сам учитель. «Осуждённых» дергали за уши, пороли розгами или заставляли платить штраф. Мы боялись учителя, как самого Ямараджу [вершителя суда над умершими], а старших учеников, как подручных Ямараджи. Иногда старшие мальчики устраивали суд по поручению учителя, а иногда по собственной прихоти.

Однажды Кедаранатха, подстрекаемый старшими мальчиками, принес из дома учителю джекфрут. Мать Кедаранатхи заметила пропажу и очень рассердилась.

Узнав об этом, учитель испугался и велел мне быть осторожнее. «Больше не бери крупные вещи», — сказал он. С тех пор я воровал для него только замоченный нут, а соседские дети носили ему табак.

Старший брат Кедаранатхи, Харидас, который ходил в ту же школу, однажды не выдержал издевательств. Охваченный яростью, он с тесаком в руке ворвался в комнату, где спал учитель. Кедаранатха, случайно оказавшийся рядом, вырвал из рук брата тесак и выбросил его. В тот же день учитель взял расчет и уехал, и вместо него вскоре пригласили другого.

О своей учебе в начальной бенгальской школе Бхактивинода Тхакур пишет так:

Каждый урок начинался с повторения таблиц умножения, сложения, ганд и коури. Старшие ученики хором декламировали: «В одной ганде четыре коури«, а мы повторяли за ними. Потом мы садились и все записывали. При этом учитель приговаривал: «Сначала произносите вслух, а потом записывайте«. Мы громко повторяли написанное, и в классе стоял такой гул, что было невозможно разобрать ни слова.

Бабушка Кедаранатхи открыла у себя школу, где Кедаранатха, его старший брат Калипрасанна и другие дети учились английскому языку. Хотя преподаватель был французом, ему нравились бенгальские обычаи. Он носил дхоти и любил местную кухню. Между ним и учениками установились очень теплые и дружеские отношения. В перерывах между занятиями Кедаранатха иногда гулял в саду, где рвал спелые манго и играл с гусеницами, которых разводил его отец. Отец кормил гусениц особыми листьями, а когда гусеницы превращались в бабочек, выпускал их. В саду было много ульев, и мальчики часто ломали их и воровали мед. От большого количества меда у детей начинался жар, и мать, заметив это, ругала их. Бхактивинода Тхакур вспоминает:

Однажды нас искусали пчелы и бедному Калипрасанне досталось больше всех — его лихорадило несколько дней подряд.

Братья Кедаранатхи были такими непоседливыми, что им не хватало для игр дедовского сада. Они забирались и в соседние поместья, где их нередко ловили. Кедаранатхе не нравились озорные забавы братьев, поэтому он коротал время у ворот со сторожами, которые рассказывали ему разные истории из «Рамаяны«. Одну из таких историй Кедаранатха однажды пересказал матери. Довольная мать передала сторожам подарки. Как явствует из этого случая, повествования о Господе интересовали Кедаранатху больше, чем детские игры. Подобную склонность обнаруживали и другие великие души, такие как Махараджа Парикшит, Махараджа Прахлада, Уддхава и Нароттама дас Тхакур. Эти святые не мыслили своего существования без Бога и привязанность к Нему проявлялась у них уже в самом раннем детстве.

Иногда Кедаранатха просыпался ночью и шел к сторожам, охранявшим внутренний двор. Чаше всего Кедаранатха беседовал со сторожем по имени Нап. Хотя тот был очень стар, помимо лампы и трости он всегда носил на ночное дежурство палицу и меч. Нап пользовался большим доверием своих хозяев. В прошлом разбойник, он был неустрашим. Давным-давно Нап во время налета случайно обезглавил собственного гуру и с тех пор, чтобы как-то искупить этот грех, всегда повторял имя Господа. Хотя Кедаранатха не понимал многое из того, что говорил ему Нап, мальчику нравилось, что тот постоянно произносит святое имя.

Мать Кедаранатхи происходила из очень богатой семьи и не была приучена к тяжелой работе. Поэтому большую часть времени за детьми присматривала няня по имени Шибу. Она безраздельно посвятила себя Кедаранатхе и его братьям и заботилась о них лучше, чем о собственных детях.

Утром Шибу кормила нас легким завтраком и вела в школу. Потом она приносила нам в школу рис. Отыскав нас в полдень, она давала нам молоко, а вечером отводила домой, укладывала спать и сама ложилась рядом. Ради нас она была готова пожертвовать всем. Даже когда родная дочь звала Шибу домой, она никуда не хотела уходить.

Кроме слуг в поместье жили лекари. Они готовили аюрведические снадобья и преподавали медицину своим ученикам. Для приготовления одних лекарств было достаточно трав, а другие требовали таких сложных процессов, как плавка золота, окисление железа и измельчение драгоценных камней.

Когда Кедаранатхе исполнилось семь лет, его вместе с братьями отдали в школу, которую открыл городской глава Кришнанагара. В школе учились дети местной знати и окрестных землевладельцев. Занятия проходили в резиденции окружного судьи, а директором шкоды был английский капитан Ричардсон. В одном классе с Кедаранатхой учился Бахадур Сатиш Чандра, сын городского главы Кришнанагара. По субботам мальчики на паланкинах возвращались в Улу.

Английский язык давался Кедаранатхе легко. Его досрочно перевели в следующий класс и поощрили за прилежность. Родители и родственники Кедаранатхи, а также все жители Улы превозносили его способности до небес. Даже учитель-француз пришел поздравить его. Наконец отец Кедаранатхи остановил эти рукоплескания, поскольку от похвал мальчик возомнил о себе и забросил учебу.

Преподаватели стали ругать его за неуспеваемость, а злопамятные одноклассники не давали ему прохода. Оскорбленный, Кедаранатха совсем потерял интерес к занятиям. Чтобы не ходить в школу, он прятался в лесу или притворялся больным. Хотя няни, которая раньше всегда выручала его, уже не было рядом, в этот раз ему на помощь пришел слуга по имени Кеши.

В Кришнанагаре по соседству с братьями жил старый маслодел. Зная, что дни его сочтены, он пригласил рассказчика «Махабхараты». Кедаранатхе очень нравилась «Махабхарата», особенно истории о Бхиме. Про рассказчика он пишет с иронией:

Когда его кормили хорошо, он был особенно красноречив, а когда еды было мало или не было совсем, он впадал в уныние и говорил не так живо.

Однажды в гости к братьям пришел их родственник. Поев приготовленной им баранины, Калипрасанна заболел холерой. Врач сказал, что жизнь мальчика в опасности, поэтому братья немедленно отправились на паланкине домой.

Силы Калипрасанны угасали на глазах. Во время переправы через Анджану ему стало хуже, и я всячески пытался успокоить его. К восьми утра следующего дня мы прибыли в Улу. Через час мой старший брат умер, и дом огласился скорбным женским плачем.

Кедаранатха, которого мать решила оставить дома, несколько месяцев отдыхал от школы. Потом в гостиной его дяди один почтенный господин организовал учебу. Благодаря заботе и ласке учителей у мальчика снова появился интерес к наукам. Лучше всего ему давалось чтение, декламация, бенгали и математика. Из всех игр крикет нравился Кедарантахе больше всего, но после того, как ему рассекли битой бровь, он больше никогда не играл в эту игру.

После того как Мустофи Махашая потерял сына, несчастья стали обрушиваться на него одно за другим. Из-за возросших расходов и происков мошенников он вскоре залез в долги. Поскольку у Мустофи Махашаи не осталось наследников, ему посоветовали жениться второй раз. Но этот брак не был удачным. Несмотря на большие долги, Мустофи Махашае удавалось поддерживать свой престиж и устраивать празднества в честь Дурги, однако теперь для этого ему требовались ссуды. Бхактивинода Тхакур пишет:

Когда во время праздников читали «Махабхарату» или «Рамаяну», я всегда приходил послушать. Больше всего мне нравились истории о демонице Симхике о том, как Хануман перепрыгнул океан, чтобы попасть на Ланку. Почтенный чтец говорил с выразительными жестами и мимикой, и это еще больше усиливало мою любовь к героям повествования. Со временем я уже привык после школы слушать эти произведения.

Кедаранатхе были интересны любые религиозные торжества и пуджи, и он всегда старался попасть на них. Иногда он навещал знакомого брахмачари, который проводил колдовские ритуалы. Для этого брахмачари прятал у себя дома чаши, сделанные из черепов. Однажды Кедаранатха сказал ему:

Говорят, когда ты наливаешь воду из Ранги с молоком в череп, он улыбается. Я попытался сделать то же самое, но череп не улыбнулся.

Во время празднеств в честь Дурги Кедаранатха заходил в дома брахманов полакомиться прасадом.

Иногда в надежде отведать вкусного прасада я шел к кому-нибудь на обед. Одни потчевали меня густой чечевичной похлебкой, овощным карри и рисом, а другие — рисом с горохом и чечевичной похлебкой с джекфрутом.

Когда Кедаранатхе исполнилось восемь лет, умер его брат Харидас, а вскоре после него другой брат, Гауридас. Горе родителей не знало границ. Из всех их детей в живых остались только Кедаранатха и его младшая сестра Хемлата. Боясь потерять их, мать надела на них множество талисманов. Няня везде ходила с Хемлатой на руках и держала Кедаранатху за руку.

В возрасте девяти лет Кедаранатху вместе с двоюродным братом Кайлашем Датгой отдали на обучение к астрологу, которого звали Джагат Бхаттачарья. Кедаранатха учился с усердием. Тем временем дела его родственников с обеих сторон приходили в упадок. Поместье дедушки по отцовской линии заложили, а остальное имущество продали. Отец Кедаранатхи предложил ему приобрести дом в Калькутте, но тот наотрез отказался уезжать из Ориссы. Видя, что ему больше не на кого рассчитывать, Анандачандра решил купить собственный дом, но денег на него не хватало. Вскоре Анандачандре предложили работу управляющего имением. Пока он ездил смотреть имение, умерла его мачеха, оставив ему в наследство шесть свободных от уплаты ренты деревень в Ориссе. Друг семьи Умачаран Вишвас выехал в Улу известить Анандачандру об этом, однако судьба распорядилась иначе. Сразу после возвращения домой он заболел лихорадкой. Ему не помогали даже самые сильные лекарства. Кедаранатха весь день провел у постели отца, но ночью отец умер.

Утром я нигде не мог найти отца. В доме не было ни души, и я не понимал, что происходит. Из Ориссы приехали Налу Чакраварти и Парамешвара Маханти. Они отнесли тело отца на берег Ранги. Видя, что все вокруг плачут, я тоже не мог сдержать слез. Моя дорогая мать безудержно рыдала, а другие женщины утешали ее.

После смерти отца для Кедаранатха настали тяжелые времена. Он не знал, что его ждет в будущем. Мальчик продолжал ходить в школу, но его сердце не лежало к учебе. Чтобы не учиться, он украдкой пил касторку, от которой начинался жар. Бхактивинода Тхакур вспоминает:

Еще при жизни отца я стал задумываться над тем, кто я такой и как устроен этот мир. Уже в десять лет эти два вопроса не выходили у меня из головы. Иногда мне казалось, что я знаю на них ответ, а иногда нет. Однажды вечером, гуляя по плоской крыше отцовского дома, я заметил, что луна двигается вместе со мной. Тогда я понял, что это та же самая луна, которую я видел в Кришнанагаре. Раньше я думал, что есть много лун, но, увидев, как луна движется, я понял, что она одна. Я очень многое открыл для себя, читая в переводе на бенгали «Махабхарату», «Рамаяну», «Кали Пурану» и»Аннада Мангалу», и начал обсуждать назидательные истории из этих произведений со всеми, кто хотя бы немного знал грамоту.

Своей пытливостью Бхактивинода Тхакур напоминает Махараджу Парикшита. Едва появившись на свет, тот стал повсюду искать Кришну, которого видел, находясь еще во чреве матери. Можно заметить, что Тхакур с самого детства находился в поиске, пока к нему в руки, наконец, не попали «Шримад-Бхагаватам» и «Чайтанья-чаритамрита«. Лишь тогда он в полной мере проявил свое духовное величие.

Однажды Кедаранатхе захотелось спелых плодов из соседнего сада, но его испугали рассказы о привидении, которое жило там. Все, кого Кедаранатха расспрашивал о привидениях, говорили, что они существуют, и это еще больше смутило его. А услышав однажды от ученого брахмана, что привидения сотканы из ветра, а их глаза похожи на маленькие красные ягоды, он испугался еще больше, но от своей затеи не отказался. От матери одного из своих друзей, которая слыла знатоком оккультных наук, Кедаранатха узнал, что привидения не властны над тем, кто громко произносит святое имя Рамы. И вот Кедаранатха отправился в сад, выкрикивая имя Рамы. С мальчиком ничего не произошло, и он понял, что святое имя Рамы — самая лучшая защита от привидений.

Бхактивинода Тхакур пишет:

С тех пор, проходя по темным улицам, я всегда произносил имя Рамы. Мне так понравилась эта «защита от привидений», что я долгое время часто пользовался ей. Узнав, что в хижине для огненных жертвоприношений поселилось привидение, я изгнал его оттуда именем Рамы.

В Уле жил пожилой скульптор, который делал изваяния Дурги. Кедаранатха часто ходил к нему в гости и задавал разные вопросы.

Однажды я спросил его, когда именно богиня входит в статую. Мастер ответил, что это происходит в тот момент, когда богине рисуют глаза. Дождавшись этого дня, я стал с нетерпением смотреть, как раскрашивают статую, но так и не увидел, чтобы в нее кто-то вошел.

Кедаранатха поделился своими сомнениями с мастером, и тот предположил, что статуя оживает, когда брахманы читают мантры. Снова ничего не увидев, Кедаранатха опять стал докучать мастеру своими вопросами. Тогда тот признался, что не верит в поклонение статуям и считает брахманов обманщиками, которые просто зарабатывают таким образом деньги.

Что бы мне ни говорили, — сказал скульптор, — я верю только в Парамешвару [Вседержителя]. Все остальные боги и богини-лишь плод воображения. Поэтому я каждый день выражаю свое почтение Парамешваре.

Мальчик с большим доверием отнесся к словам этого пожилого человека. Любознательный Кедаранатха стал расспрашивать о Боге сторожа-мусульманина. Тот нарисовал мальчику довольно причудливую картину мироздания, но тоже сказал, что святое имя Бога отпугивает нечистую силу. Бхактивинода Тхакур пишет:

В моей голове роились самые разные мысли. Иногда я думал, что мир ложен, а реален только Господь. Я же родился, чтобы стать Богом. Подобно спящему, я испытываю лишь мнимые страдания… В действительности, я-Бог, а все, что происходит со мной, является моей липой. Когда я совершаю ошибки или забываю о своем истинном положении, это тоже часть моей лилы.

Размышляя на философские темы, Кедаранатха написал «Улачанди-махатмью» — поэму, посвященную божеству Улачанди.

В Уле жил Акхил Мустофи, дед Кедаранатхи по отцу, который был убежденным эклектиком. Бхактивинода Тхакур пишет о нем так:

Проснувшись, он садился читать ,Веданту». Затем, выпустив задний конец дхоти на мусульманский манер, он декламировал Коран, после чего вставал на колени и читал христианские молитвы.

Благодаря деду Кедаранатха понял, что Господь-это Верховная Личность. Бог един, но Веды называют Его Брахманом, Коран — Аллахом, а Библия — Отцом Небесным. А сын Акхила Мустофи, Парашурама, который был закоренелым атеистом, сказал Кедаранатхе:

Все сущее исходит из Природы и неотделимо от нее. Бог-это Природа.

Шрила Бхактивинода вспоминает:

В детстве я был чрезвычайно любознателен, но такая разница во мнениях очень расстраивала меня. Поскольку ни один из этих ответов меня не удовлетворял, я продолжал повторять имя Рамы, которое избавило меня от страха перед привидениями.

Продолжение читайте в следующей части

Опубликовал: Крышень. Время публикации: 23.08.2011 в 20:49 в рубрике Бхактивинода Тхакур, Жизнеописания чистых вайшнавов, Вы можете комментировать эту запись.

3 отзывов на “Шрила Сатчитананда Бхактивинода Тхакур (часть 1)”

  1. Valensia |

    В детстве по руководством бабушки читала » Житие святых «. Жизнь продолжается….знакомлюсь с жизнью Великих Преданных Господа. Благодарю тебя, дорогой Крышень!

  2. Крышень |

    Когда я в первый раз прочитал эту книгу о Бхактивиноде Тхакуре — Седьмой Госвами я был в экстазе. В книге приводится много воспоминаний самого Кедаранатха, когда читаешь их погружаешься в мир жизни индийцев и бенгальцев 19 века — это само по себе так интересно и необычно, что хочется читать без остановки. Но более всего конечно наблюдать удивительный духовный путь Бхактивинода. Его любовь к Иисусу Христу не могла найти полной отдачи и когда он внимательно познакомился с вайшнавской философией в его жизни произошла революция. На самом же деле всё это — лишь одна из безчисленных Кришна-лил, поскольку Бхактивинода является ближайшим спутником Господа, а также олицетворение энергии Чайтаньи Махапрабху. Любой кто хотя бы однажды читал его книги навсегда располагался сердцем к этому человеку. Талант Бхактивинода Тхакура заключается в том, что он может соединить глубочайшее знание тонкостей философии и настоящую любовь, которая исходит от самого Кришны. Когда чувствуешь это, сердце полностью удовлетворяется, ум успокаивается и кажется, что все вопросы в момент разрешаются.

  3. Артём |

    Харе Кришна! Кто автор этой биографии?

Поблагодарить. Или оставить отзыв:

biaxin 500mg diclofenac price cell phone software spy