Древнеиндийские афоризмы

апреля 13, 2015

(Афоризмы из книги-собрания афоризмов Сыркина А.Я. «Древнеиндийские афоризмы», 1965 г.)

Д Х А Р М А

О ДОЛГЕ
О СПОКОЙСТВИИ И ГНЕВЕ
О СОСТРАДАНИИ И ЧЕЛОВЕКОЛЮБИИ
О ВОЗДАЯНИИ
О СЛОВЕ И МОЛЧАНИИ
О СЕМЕЙНОМ ДОЛГЕ

А Р Т X А

ОБ УСЕРДИИ
О ПОЛЕЗНОМ, БЕСПОЛЕЗНОМ И ВРЕДНОМ
ОБ ИСТИНЕ И ЗАБЛУЖДЕНИИ
О МУДРОСТИ И ГЛУПОСТИ
О БЛАГОРАЗУМИИ
О ЗНАНИИ И НЕВЕЖЕСТВЕ
О НЕВОЗМОЖНОМ
О ВЛАСТИ И ПОДЧИНЕНИИ
О ПОЧЕТЕ И ПРЕЗРЕНИИ
О БОГАТСТВЕ И БЕДНОСТИ
ОБ АЛЧНОСТИ И ЖЕЛАНИЯХ
О ДРУЖБЕ И ВРАЖДЕ
О ПОБЕДЕ И ПОРАЖЕНИИ

К А М А

М О К Ш А

О РАДОСТИ И ГОРЕ
О СУДЬБЕ
О ЖИЗНИ И СМЕРТИ
ОБ ОТРЕЧЕНИИ
О ПРЕХОДЯЩЕМ И ВЕЧНОМ

ДХАРМА

О ДОЛГЕ


И в несчастье следует блюсти долг, радоваться своему уделу, быть одинаковым ко всем существам.

Не сегодня, так завтра погибнет наше тело среди горестей и болезней. Что пользы преступать ради него долг?

Что толку ублажать свое тело ценой мучений других существ? Ведь удел его — черви, пепел, гниль.

О добродетели и пороке

Добродетель в том, чтобы делать ближним добро и не причинять зла.

Не совершай ничего, что будет мучить тебя на смертном одре. Ибо жизнь мгновенна!

Пока здорово твое тело, пока старость далека, пока способности твои в расцвете, пока не истекла жизнь — всеми силами стремись к совершенствованию.

Что пользы рыть колодец, когда дом охвачен пламенем?

Живи в молодости так, чтобы быть счастливым в старости.

Лишь три вещи дороги в этом мире: еда, питье и доброе слово.

Не гневайся, не презирай никого, не предавай друга, не чти низкого, не будь высокомерен, не делай зла, избегай грубой речи.

Ничто не трудно тому, кому пища нужна лишь для поддержания жизни, совокупление — для продолжения рода, слова — для правдивой речи.

Украшение человека — мудрость, украшение мудрости — спокойствие, украшение спокойствия — отвага, украшение отваги — мягкость.

Нет подвижничества, равного терпеливости; нет счастья, равного удовлетворенности; нет дара, равного дружбе; нет добродетели, равной состраданию.

Кто станет бояться смерти, если он стоек в добродетели?

Говори приятное, но не льсти; будь героем, но без хвастовства; будь щедрым, но не к недостойным; будь смелым, но без дерзости.

Не видно следа птицы в воздухе и рыбы в воде — таков и путь добродетельных.

Во всех делах будь чист помыслами. Возлюбленную целуют по-одному, дочь — по-иному.

Пусть смерть нависла над тобой, пусть она отдалена веками — праведный не сходит со своего пути.

Скупой на злые речи, щедрый на добрые, удовлетворенный своей женой, остерегающийся порицать ближних — вот редкое украшение земли.

Тот велик, кто становится слепым перед чужими женами, хромым в погоне за чужим богатством, немым, слыша хулу на ближних.

Сколько достоинств у человека, столько и пороков. Никто не родится на свет без пороков.

Не было, нет и не будет человека, достойного одного лишь осуждения или одной лишь хвалы.

Во всех сословиях есть чандалы, во всех сословиях — брахманы; есть чандалы среди брахманов, есть брахманы среди чандал.

Легко увидеть чужие грехи, трудно увидеть свои.

Как ловок благородный, когда надо скрыть чужой порок! Как неловок он, когда приходится обнаружить свои достоинства!

С великим трудом поднимаем мы камень на гору, а вниз он падает мгновенно — так же влекут нас вверх добродетели и вниз — пороки.

Добродетель в сердце злодея — что капля воды на раскаленном железе.

Чаше весов подобен ничтожный человек: чуть что — он возносится, чуть что — падает.

О СПОКОЙСТВИИ И ГНЕВЕ


Терпение — добродетель бессильного и украшение сильного.

Кто не отвечает гневом на гнев, спасает обоих — и себя, и другого.

Сердитая речь причиняет боль, и тебя постигнет возмездие.

Кто не отвечает ни на излишнюю хвалу, ни на порицание, кто не отвечает ударом на удар, кто не желает зла обидчику, тому завидуют боги.

Что сделает злодей тому, в чьей руке меч спокойствия? Когда огонь не находит травы, он сам успокаивается.

О СОСТРАДАНИИ И ЧЕЛОВЕКОЛЮБИИ


И злым, и добрым, и заслуживающим смерти должен сочувствовать благородный. Ибо нет человека, свободного от вины.

Жестокость — даже к злым — ведет в ад. Что же говорить о жестокости к добрым?

Пусть жизнь твоя в опасности — не причиняй зла жене, жрецу, аскету и ребенку, тем более если они доверяются тебе.

Невелика мудрость — обмануть доверчивого.

Легко найти людей, готовых дарить золото, коров и землю; трудно найти человека, проникнутого состраданием ко всему живому.

Вот один поедает мясо другого — погляди же на разницу между ними: одному — минутное удовольствие, другому — утрата жизни.

Позволяющий убить, разрезающий, убивающий, продающий, покупающий, стряпающий, подносящий, поедающий мясо — все убийцы.

Слаб от природы разум зверей, и тем более они, бедные, заслуживают жалости.

Даже тот, кто далеко, стоит рядом — если он в твоем сердце; даже тот, кто стоит рядом, далек — если твои мысли далеки от него.

В деянии и в отказе, в счастье и в несчастье, в приятном и в неприятном человек познает меру, сравнивая себя с другим.

Тот лишь истинно живет, чьей жизнью живы многие.

Пусть недолго проживет человек — жизнь его счастлива, если он прожил ее ради ближних.

Ради помощи другим текут реки, ради помощи другим дают молоко коровы, ради помощи другим приносят плоды деревья, ради помощи другим свершают свои дела добрые люди.

Даже лесорубу с топором дерево не отказывает в тени.

Пусть хозяева — муж с женой — накормят сначала ребятишек, незамужних дочерей, стариков, беременных, больных, девочек, гостей и слуг. И лишь накормив их, пусть едят сами что останется.

О ВОЗДАЯНИИ


Человек, творящий зло, — враг самому себе: ведь сам он и вкусит плоды своего зла.

Зачем замышлять зло против тех, кто вредит тебе? Придет время, и они сами падут, как падут деревья, растущие на берегу реки.

Никто не избежит наказания за несправедливость — если не САМ поплатится за нее, то сыновья, если не сыновья, то внуки.

Богатство оставляет умершего на пороге дома, друзья и родные оставляют его на кладбище, лишь добрые и злые дела следуют за ним и после смерти.

Почему и чем, и как, и когда, и что, и насколько, и где совершил ты добро или зло, потому и тем, и так, и тогда, и то, и настолько, и там следует воздаяние по воле творца.

Болезни, горести, страдания, узы, невзгоды — все это плоды с древа проступков, совершенных смертными.

Знание зависит от ученья, почет — от дел, благополучие — от усердия, награда — от судьбы.

О СЛОВЕ И МОЛЧАНИИ


Ничто так не ободряет человека, как доброе слово.

Весь наш мир был бы окутан мраком, если бы не освещал его светильник, имя которому — слово.

Заживает рана, нанесенная стрелой, вновь поднимается лес, вырубленный топором, но не заживает рана, нанесенная злым словом.

Не подобает разумному вести в собрании дурные речи о другом. Даже о правде следует умолчать, если она принесет несчастье.

Говори правдивое и приятное; не говори правдивого, но неприятного; не говори приятного, но неправдивого — вот извечная заповедь.

Осень приносит гром без дождя, пора дождей — дождь без грома. Низкий говорит, не делая; достойный делает, не говоря.

Один лишь раз приказывает царь, один лишь раз высказывает свое суждение достойный, один лишь раз выдают замуж девушку — три эти дела делают лишь раз.

От ничтожных всегда много шума. Разве бывает от золота столько шума, сколько от меди?

Нельзя остановить пения безумца, лепета ребенка и слов женщины.

О СЕМЕЙНОМ ДОЛГЕ


Учитель лучше десяти брахманов, отец — десяти учителей, мать — десяти отцов и всего, что есть на земле. Кто сравнится с матерью? Следует оставить учителя, сошедшего с праведного пути, но никогда нельзя оставить мать. Уж тем, что выносила тебя во чреве своем, она выше всех.

Трое несут тебе добро, движимые собственной природой: мать, друг и отец. Когда же прочие добры к тебе, то лишь по особому поводу.

Престарелых родителей, верную жену и малого сына следует кормить, пусть они совершили злых дел без числа.

Отец охраняет её в детстве, муж — в юности, сын — в старости. Нельзя предоставлять женщину самой себе.

Плох тот отец, чья дочь не выходит замуж вовремя. Плох тот муж, что не живет со своей женой. Плох тот сын, что не охраняет мать после смерти ее мужа.

«Попадет ли в руки достойному? Удовлетворит ли его? Окажется ли без недостатков?» — так, создав произведение, поэт беспокоится за него, словно за дочь.

Женщина создана рожать, мужчина — производить потомство.

Ничто так не сокращает жизни, как близость с чужой женой.

Пьянство, общение с дурными, разлука с мужем, скитание, сон и житье в чужом доме — вот шесть вещей, губящих женщину.

Пусть нет у женщины украшений, муж — лучшее её украшение. Пусть прекрасна лишенная мужа — нет у нее красоты.

Нет родственника, равного мужу; нет друга, равного мужу; нет защитника, равного мужу; нет убежища, равного мужу.

Добр ли муж или зол, наделен ли всеми пороками — его спасает жена, верная своему долгу.

Не звучит лютня без струн, не катится повозка без колес, несчастлива женщина без мужа — пусть у нее сотня родичей.

Бесплодна жизнь женщины, лишившейся супруга. Почет, гордость, любовь родных, уважение слуг — все это уходит вместе с супругом.

До пяти лет обращайся с сыном, как с царем, с пяти до пятнадцати — как со слугой, после пятнадцати — как с другом.

Два средства есть от телесных и душевных недугов: или примени противодействие, или не думай о них.
Лекарство от несчастья не думать о нем.

Безумный утешается прошедшим, скудоумный будущим, умный настоящим.
Не горюй о прошлом, не пекись о будущем заботься лишь о настоящем.

Женщины учены от природы, мужчины от книг.

Желай лишь того, что доступно тебе; никогда не желай недоступного.

Для женщин нет неподходящего, их не заботит возраст они наслаждаются и красавцем, и уродом с мыслью: «Он мужчина!»

Не влюбляйтесь в женщин: женщины презирают влюбленных. Сходитесь лишь с теми женщинами, что сами влюблены, и избегайте равнодушных.

Побуждаемые собственной природой, проявляются все свойства добрые и злые. Чем же здесь гордиться? Ведь все от природы.

Все дела творятся свойствами природы, ослепленный же сознанием своего «я» думает: «Я творю».

Чего бы ни пожелал человек желанное ускользает от него. Но он достигает всего, когда перестает желать.

АРТХА

ОБ УСЕРДИИ


Делай урочное дело: действие лучше бездействия.

Что нужно делать завтра — делай сегодня, что нужно делать после полудня — делай до полудня.

Смерть не разбирается, что сделано и что не сделано.

Пусть мудрый печется о знании и пользе так, словно он неподвластен старости и смерти. Пусть творит он добро так, словно смерть уже схватила его за волосы.

Падая с неба, вода уходит в землю, и она же поднимается из земли через колодец. Безмерно могуча судьба, но могучи и людские дела.

Того посещает богиня счастья, кто трудится, подобно льву. Лишь ничтожные говорят: «Все от судьбы!»

Одолевай судьбу мужественными делами; если же усердие твое не увенчается успехом, то нет на тебе вины!

Все задуманное можно осуществить человеческими усилиями. То, что зовем мы судьбою, есть лишь незримые свойства людей.

Лишь усилиями достигаем мы цели, а не желаниями. Не полезет газель в пасть спящего льва.

Не катится колесница на одном колесе, не совершается судьба без людских усилий.

Не приносят пользы мудрые наставления тому, кто страшится действия. Что проку от светильника в руках слепого?

Нельзя одной рукой хлопать в ладоши, нельзя добиться успеха без усердия.

Будь умерен в трех делах: любви, еде и приобретении денег. Будь неумерен в трех делах: учении, подвижничестве и щедрости.

Человек должен трудиться — плохо ему, когда он бездействует.

Мир и труд — вот источник благополучия.

О ПОЛЕЗНОМ, БЕСПОЛЕЗНОМ И ВРЕДНОМ


Что пользы в отваге, не защищающей слабых?

Что пользы в деньгах, не помогающих бедным? Что пользы в действии, не направленном на добро? Что пользы в жизни, не приносящей славы?

К чему деньги, если нет помощи беднякам?

К чему служба, если нет усердия в услугах? К чему соитие, если нет желания родить сына? К чему юность, если нет встречи с любимым?

В восьми случаях нельзя жалеть денег: на жертвоприношение, на свадьбу, в бедствии, на истребление врагов, на славное предприятие, на прием друга, на любимую женщину и на помощь родственнику.

К чему украшение без одежды? К чему еда без масла? К чему женщина без грудей? К чему жизнь без знания?

Что проку в учености, направленной на зло?

Что пользы в светильнике, накрытом горшком?

Два средства есть от телесных и душевных недугов: или примени противодействие, или не думай о них.

Лекарство от несчастья — не думать о нем.

Когда думаешь о несчастье, оно не проходит, а возрастает. Смотри на добродетель, а не на красоту; смотри на поступки, а не на происхождение; смотри на достижения, а не на знание; смотри на пользование богатством, а не на богатство.

Яд — знание без упражнения, яд — пища для неспособного переварить, яд — приятели для бедняка, яд — старик для молодой жены.

К чему красота без скромности? К чему ночь без луны? К чему разговорчивость без поэтического дара?

Никто так не ухаживает за нашим телом, как мать; ничто так не украшает его, как ученость; никто так не услаждает его, как жена; ничто так не иссушает его, как заботы.

Богатство и постоянное здоровье, друг и сладкоречивая жена, послушный сын и полезное знание — вот шесть благ в этом мире.

Хороши новая одежда, новый зонт, новобрачная и новый дом. Но хороши также старый слуга и старый рис.

Нет друга, равного здоровью; нет врага, равного болезни; никто не ублажает тебя, как родители; ничто не мучит, как голод.

Шестеро есть для шестерых: разини — для воров, больные — для врачей, влюбленные — для женщин, жертвователи — для жрецов, сутяги — для царей, неучи — для ученых.

Противоречивы людские помыслы: плотника радует поломка, врача — больной, жреца — несущий жертву.

Конь, оружие, наука, лютня, речь, мужчина и женщина бывают хороши или дурны — все зависит от того, как с ними обращаются.

От коровы жди молока, от брахмана — святости, от женщины — непостоянства, от родичей — опасности.

Сила слабого — в царе, сила ребенка — в плаче, сила дурака — в молчании, сила вора — во лжи.

Друг, жена, слуга, рассудок и отвага познаются в беде.

Друг познается в беде, герой — в битве, честный — в уплате долга, жена — в бедности, родственники — в невзгодах.

Сидишь после еды — наживешь брюхо, спишь после еды — получишь удовольствие, ходишь — продлишь себе жизнь, бегаешь — смерть набежит на тебя.

Сами собою разрастаются масляное пятно на воде, чужой секрет в устах сплетника, малый дар у достойного и знание у разумного — такова природа вещей.

Лучше голубь сегодня, чем павлин завтра.

Что толку в способном, если он враг? Что толку в друге, если он неспособен? Пусть же царь не отвергает преданного и способного.

Обилие плодов клонит ветвь книзу, пышный хвост замедляет походку павлина, быстроногого коня стреножат. Так сами достоинства причиняют зло.

Даже по отдельности приносят вред молодость, богатство, власть и неразумие — что же, когда все они собраны воедино?

Пропадает знание без дела, пропадает человек без знания, пропадает войско без полководца, пропадают женщины без мужчин.

К гибели идет тот дом, где властвует женщина, игрок или малое дитя.

Тело старится от странствий, гора — от воды, женщина — от неудовлетворенных желаний, сердце — от злых речей.

Когда книга, жена или деньги попадают в чужие руки, то они пропадают для нас; если же возвращаются, то книга — истрепанной, жена — испорченной, а деньги — по частям.

Пропадает дорога в сумерках, пропадает падшая женщина, пропадает плохо засеянное поле, пропадает господин из-за проступка слуги.

Цемент, глупец, женщина, рак, рыба, индиго и пьяница, пристав однажды, уже не отстают.

Кто не ошибается в политике из-за плохих советников? Кого не постигают болезни от дурной пищи?

Кого не ослепляет счастье? Кого не сражает смерть?

Кого не сжигают наслаждения любовью?

Бесполезны и бесплодны: царство без советника, крепость без провианта, счастье без молодости, отрешенность без знания, спокойствие в злодеях, мудрость в еретиках, любовь у распутниц, дружба у порочных, самовластие подчиненного, недовольство нищего, гнев слуги, любовь господина, дом бедняка, верность блудницы, честность мошенника и успех глупца.

Несбыточны сны, что приходят к больным, опечаленным, ожесточенным, влюбленным и пьяным.

Поить змею молоком — только копить в ней яд; давать советы глупцу — только злить его.

Лишь прикоснувшись, убивает слон; лишь приблизясь, — змея; даже защищая, — царь; даже улыбаясь, — злодей.

Рушатся замыслы змей и злодеев, живущих чужими пороками, — на том и держится наш мир.

Недовольство губит дважды рожденных, самодовольство — владык, стыд губит распутниц, бесстыдство — благородных жен.

Бесполезен собачий хвост, что не прикрывает срама и неспособен отогнать комаров. Бесполезна и ученость, лишенная добродетели.

Что пользы от сына, если он невежествен и порочен? Что нам от больного глаза? — Одна лишь боль.

Ослушаться царя, не почтить жреца и лечь отдельно от жены — что убить безоружного.

Неподходящее дело, вражда с соплеменниками, состязание с сильнейшим, доверие красавице — вот четверо врат смерти.

Неподходящая речь, безголосое пение и любовь с той, что твердит: «Не надо! Не надо!» — вот три великих зла.

ОБ ИСТИНЕ И ЗАБЛУЖДЕНИИ


Нередко заблуждается наш разум, и вещи кажутся иными, чем они есть. Плоским представляется нам небо, и огоньком — светлячок, но небо не плоское, а светлячок не огонь.

Полны предубеждений люди: они презирают сводню, пусть она говорит разумное, и превозносят за добродетель брахмана, пусть он убил корову.

Неистинное представляется истинным, а истинное — неистинным — таково многообразие бытия. Будьте же разумны!

В каждой голове своя мысль, в каждом источнике своя вода, в каждом племени свои нравы, в каждых устах своя речь.

Жизнь одна — тел много, истина одна — заблуждений много, знание одно — ересей много. Какой мудрец разберется во всех противоречиях?

«Это лучше!» — «Нет, то лучше!», — твердят люди вопреки друг другу. Каждый чтит тот закон, который ему больше нравится.

Не всякая старая поэма хороша, не всякая новая плоха. Разумный оценивает по собственному суждению, глупец доверяет молве.

Одно и то же может представляться в трех видах: аскету — трупом, влюбленному — возлюбленной, собаке — мясом.

Разве бывает что-либо прекрасно или безобразно само по себе? Что нравится человеку, то для него и прекрасно.

О МУДРОСТИ И ГЛУПОСТИ


Не берись ни за какие дела — вот первый признак мудрости. Взявшись же за дело, доводи его до конца — вот второй признак мудрости.

Когда все гибнет, мудрец сберегает половину и с этой половиной достигает своей цели.

Не станет разумный ради малого губить великое. Малым сберечь великое — вот истинная мудрость.

Если ты мудр, не противоречь богачу, правителю, ребенку, старику, аскету, мудрецу, женщине, дураку и учителю.

Когда надо давать советы другим, каждый — кладезь премудрости. Когда надо самому следовать этим советам, то и мудрец не умнее дурака.

У кого не хватит ума поучать другого? Лишь великий разумом сам способен следовать надлежащим путем.

Безумный утешается прошедшим, скудоумный — будущим, умный — настоящим.

Не горюй о прошлом, не пекись о будущем — заботься лишь о настоящем.

Мудрые отдают время поэзии и наукам, глупцы — порокам, сну и ссорам.

Лучше враждовать с умным, чем дружить с дураком.

Мудрый не горюет о потерянном, об умершем и о прошлом. Тем он и отличается от глупца.

Разум без отваги — свойство женщины; отвага без разума — свойство скотины.

Глупец суетится вовсю, затеяв пустяк,- умный сохраняет спокойствие, берясь за великое дело.

Разодетый глупец блистает в собрании, но лишь до тех пор, пока не раскроет рта.

В детстве глупец думает лишь об отце с матерью, в молодости — лишь о возлюбленной, в старости — лишь о детях. Так и не успевает он подумать о самом себе.

Огонь заливают водой, от солнца укрываются зонтом, слона смиряют стрекалом, а быка или осла — дубинкой, от болезни спасаются лекарством и от яда — заклинанием. От всего есть средство — нет средства лишь от глупости.

Лишенный рассудка, сколько ни будет учиться, не поймет сути наук. Разве чувствует ложка вкус каши?

Вести беседу с дураком — что причитать в лесу, умащивать труп, сажать лотос в песок, поливать солончак, выпрямлять собачий хвост, шептать глухому, украшать слепца.

Кого боги задумали погубить, того они лишают рассудка, и все представляется ему в ложном свете.

Можно ли домогаться дружбы предательством, добродетели — обманом, благополучия — оскорблениями, знаний — бездельем, женщины — грубостью? Лишь явный глупец способен на это.

Из трех — неродившегося, умершего и глупого — лучше уж мертвый и неродившийся. Ведь от них мало горя, глупец же мучает нас всю жизнь.

Доказывать дураку, что помогать низким — что шелуху перемалывать — все равно, что писать на песке.

Как тучи затмевают солнце, так толпы глупцов, подобных стадам скотины, покрывают мраком все достойное.

О БЛАГОРАЗУМИИ


Кто, бросив надежное, стремится к ненадежному, тот теряет надежное; ненадежное же с самого начала потеряно для него.

К умному и честному стремись, с умным и лживым будь настороже, честного и глупого жалей, лживого и глупого избегай.

Не будь ни слишком близко, ни слишком далеко от царей, огня, старших и женщин: окажешься слишком близко — они погубят тебя; окажешься слишком далеко — они будут бесполезны для тебя.

Всякий, кто жив и кто богат, должен непрестанно бояться царей, воров, врагов, приближенных, зверей, птиц, нищих, времени и самого себя.

Бойся переправы через большую реку, вражды с могущественным человеком и спора с толпой.

Не вмешивайся в дела мужа с женой, не вмешивайся в дела отца с сыном.

Не ешь один сладкого, не обдумывай один дел, не пускайся один в путешествие, не бодрствуй один среди спящих.

Не являйся с пустыми руками к любимой жене, близкому другу, младшему сыну, предсказателю и правителю.

Не будь ни слишком грубым, ни слишком упрямым, ни слишком мягким, ни слишком склонным к доказательствам, ни слишком гневливым. Излишек в чем бы то ни было опасен: грубость раздражает людей, упрямство отталкивает, мягкость вызывает презрение, излишние доказательства обижают, слепая вера делает смешным, неверие ведет к пороку.

Не торопись в приобретении богатств, в изучении наук, при подъеме на гору, в добрых делах, в любви и во всех усилиях.

Хвали пищу, когда она переварена; женщину — когда прошла её молодость; героя — когда он вернулся с битвы; урожай — когда он собран.

Учителей хвали в глаза, друзей и родных — за глаза, рабов и слуг — в конце дела, сыновей никогда не хвали, женщин хвали после смерти.

Остатки долга, огня и болезни способны снова возрастать — уничтожайте их до конца.

Занозу, расшатанный зуб и дурного советника надо удалять с корнем — вот условие покоя.

Могут ли быть спокойны мысли у того, чье поле — на берегу реки, чья жена сходится с другим, в чьем доме завелись змеи?

Кое-что можно открыть женам, кое-что — друзьям, кое-что — детям, — ведь все они достойны доверия. Но всего каждому открывать нельзя.

Не доверяй зверям с когтями и клыками, рекам, вооруженным людям, женщинам и царям.

Пусть тебя озолотят, не доверяй врагу и нелюбящей женщине — иначе ты погиб.

Сидя в убежище, крокодил затянет к себе и слона, но, выйдя из убежища, уступит и собаке.

Не одолеть сильному слабого, когда тот недоверчив. Но даже слабый одолеет сильного, когда тот доверчив.

Зачем понапрасну греметь, подобно осенней туче? Великий никогда не откроет врагу, что ему желанно и что нежеланно.

Не рассказывай о том, что задумал: не бывает успеха у замысла, что открыт другому.

По собственной вине попадают в плен попугай и скворец, цапля же не знает неволи. Молчанье — путь ко всем благам.

Возраст, состояние, щель в стене, заклинание, лекарство, позор, любовную связь, дар, оказанную тебе почесть — девять этих вещей всегда следует скрывать.

Друг! Не селись там, где нет четырех: заимодавца, врача, знатока вед и полноводной реки.

Завоевал ли ты весь мир, изнемог ли от бедствий — если ты голоден, ты возьмешь пригоршню риса.

О ЗНАНИИ И НЕВЕЖЕСТВЕ


Высшим благом среди всех зовут знание: его не отнять, оно неоценимо, оно никогда не иссякает.

Еда, сон, страх и совокупление уподобляют людей cкоту; лишь знание возвышает их. Лишенный знания — словно скотина.

Не тот достоин почета, у кого голова в седине; тот достоин почета, кто наделен знаниями, пусть он молод.

Знание оружия и знание науки — вот два знания, ведущих к приобретению. Первое в старости вызывает смех, второе всегда в почете.

Не сравниться власти с ученостью. Царя чтут лишь в его стране, ученого — повсюду.

Чтобы видеть мир, коровам дан нюх, брахманам — веды, царям — шпионы, простым людям — глаза.

Женщины учены от природы, мужчины — от книг.

Лишь ученому ведомо утомление ученых, не поймет бесплодная болей роженицы.

Действие не уничтожает незнания, ибо оно не противоречит ему. Лишь знание уничтожает незнание, как свет прогоняет мрак.

Легко удовлетворить невежду, легко удовлетворить просвещенного, но испорченного поверхностным знанием не удовлетворит сам творец.

Науки ведут к скромности, лишь глупец кичится ученостью. Так свет усиливает наше зрение и делает слепыми сов.

Изучить науки — не значит еще избавиться от глупости. Тот лишь истинно учен, кто способен к действию. И хорошо приготовленное лекарство не исцелит больного одним названием.

Что пользы от науки тому, у кого нет ума? На что зеркало тому, кто лишен глаз?

Когда время действовать, то знание, сокрытое в книгах, — не знание, а деньги в чужих руках — не деньги.

Что проку от знаний тому, кто, изучив все науки и проникнув в их суть, не извлечет из них пользы? Одно утомление.

Лучше выкидыш, лучше воздержание от любви, лучше мертворожденный, лучше рождение дочери, лучше бесплодие, лучше не выйти из материнского лона — все это лучше, чем невежественный сын, будь он красив, богат и наделен достоинствами

Кто не нажил добра, не ценил искусств, не приобрел друга, не изучил наук, не исполнил обета, не скакал на коне, не наслаждался сладким cном в объятиях возлюбленной, тот пришел в мир на горе матери, принеся ей лишь страдания.

Боже! Пошли мне любое наказание за грехи — я все снесу. Не обрекай меня только читать свои стихи людям, не смыслящим в поэзии.

Какая разница между скотом и скотоподобным человеком, разум которого бессилен отличить добро от зла, который глух к священным наставлениям и стремится лишь набить брюхо?

Нет преграды, равной преграде невежества.

О НЕВОЗМОЖНОМ


Нельзя посеять одно, а получить другое. Какое семя посеяно, то и даст всходы.

Что невозможно, то невозможно; что возможно, то возможно. Повозка не движется по воде, корабль не плывет но суше.

Избегай дел, зависящих от других; стремись лишь к тому, что зависит от тебя самого. Все зависящее от других несет горе, все зависящее от тебя — радость.

Нельзя вместо себя поручить другому содержать слуг, служить господину, блюсти добродетель и родить сына.

Нет добродетели у распутниц, нет постоянства у удачи, нет рассудка у дураков, нет конца у дел.

Где видано, где слыхано, чтобы ворон был чистым, игрок — правдивым, змей — терпеливым, женщина — бесстрастной, евнух — отважным, пьяный — рассудительным, а царь — дружелюбным?

Кто способен удержать разъяренного слона, распутного царя и ученого злодея?

Чего не вообразит поэт? Чего не сожрет ворона? Чего не наговорит пьяный? Чего не сделает женщина?

Не бойся невозможного. Никому еще дважды не отрубали голову и трижды — руку.

О ВЛАСТИ И ПОДЧИНЕНИИ


Нельзя править царством, действуя подобно обыкновенному человеку. Что недостаток для подданных, то достоинство для царя.

Прямодушие — достоинство аскетов, великих духом, но разве нужно оно людям, гонящимся за счастьем, а тем более — правителям?

Славен тот аскет, для которого враг равен другу; плох тот царь, для которого преступник равен добродетельному.

Наказание злодеев, награждение добродетельных, праведное умножение богатства, беспристрастие к просителям, охрана царства — вот пять обязанностей царя.

На господине — обязанность наказывать проступки слуги, на нем же — позор за эти проступки.

Кто справедливо делит богатства, держит тайного соглядатая, не выдает своих решений, не говорит людям неприятного — тот владычествует над землями до самого океана.

Не живи в стране, которой никто не правит, правят многие, правит женщина или правит дитя.

Вялость, женолюбие, болезненность, привязанность к родным местам, довольство жизнью, боязливость — вот шесть преград на пути к величию.

Вино, женщины, охота, игра в кости, порча имущества, жестокость в речах и в наказаниях — вот пороки повелителей.

Правда и ложь, грубость и мягкие речи, жестокость и сострадание, скупость и щедрость, вечные расходы и приток драгоценностей — словно распутница, переменчиво поведение правителя.

Творят добро мудрые и верные, а их ненавидят; другие на глазах творят зло, а их любят. Удивительно, удивительно разноречивое поведение владык! Самому аскету не постичь всех премудростей службы.

Владыки презирают благородных и сходятся с низкими. Откуда у них понятие о чести?

Лишь к тому благоволит владыка, кто оказывается вблизи, — пусть тот невежествен, неблагороден, не подходит ему. Сходны меж собою цари, женщины и лианы — все они льнут к тому, кто рядом.

Правитель, пребывающий во власти прихотей, не думает ни о долге, ни о пользе. Словно пьяный слон, своевольно идет он куда вздумается. Когда же этот гордец срывается в пропасть бедствий, то возлагает вину на слугу, не зная, что всему виной его собственное поведение.

Когда повелитель и его министр возносятся слишком высоко, то богиня счастья останавливает свой шаг и, непривычная к чрезмерной тяжести, бросает одного из двух.

Подобны горам цари — они неравны, тверды, высоки, укрывают низких людей и привлекают хищников.

Гнев правителя делает невинного виновным, уверенного — беспомощным, героя — трусом, долгую жизнь — короткой, благородного — безродным.

В помыслах о царстве братья и даже сыновья царя желают ему смерти. Избегайте же царской власти.

Непостоянно царское могущество. Словно тростник, с трудом поднимается счастье царя, а падает в мгновенье. И не удержать его тогда никакими усилиями. Оно переменчиво, как мысли обезьян; непрочно, как вода на лепестке лотоса; неверно, как ветер; кратковременно, как союз с неблагородным; красиво лишь на миг, как очертания вечерних облаков; недолговечно, как пузыри на воде, неблагодарно, как все, наделенное плотью, и мгновенно исчезает, как богатства, явившиеся во сне.

Как может прославиться владыка, если рядом с ним нет славного поэта? Сколько было на земле царей, имени которых никто уже не знает!

Куда делись земные владыки с войсками, могуществом, колесницами? А земля — свидетель их исчезновения — стоит по сей день.

Каковы те, кто ему служат, каковы те, кому он служит, таков и сам человек.

У добродетельного царя добродетельные подданные, у злого — злые, у среднего — средние. Подданные лишь подражают царю.

Что остается мне делать там, где воруют; и сам царь, и его советник, и главный жрец? Каков царь, таковы и подданные.

Плох тот хозяин, который вспоминает о слугах лишь в час нужды.

Плох тот слуга, плох тот друг, который торгуется, когда время действовать.

Кто служит правителю, ненавистен народу; кто служит подданным, ненавистен владыке. Велика рознь между правителем и подданными, и трудно найти того, кто сумел бы угодить обоим.

Что пользы от меня в покоях владыки, если я не актер, не льстец, не певец, не враг ближнему и не пышногрудая красавица?

Как входят в дом, где таятся змеи, в лес, полный хищников, в лотосный пруд, кишащий крокодилами, так с трепетом и скорбью входят слуги в помыслы царей, оскверненные злодеями, лжецами и негодяями.

Поистине, солгал тот, кто сравнил службу с собачьей жизнью: пес бродит, где ему вздумается, слуга — там, где прикажет царь.

Счастье его в чужих руках, сердце не покидают заботы, и даже в собственной жизни он не уверен — вот удел того, кто служит царю.

Слуга лишен собственных желаний, он покорен чужим мыслям и продает свое тело — как же может он быть счастлив?

Служить царю — что лизать лезвие меча, обнимать льва, целовать змею.

Тогда лишь стоит родиться, когда тебе уготована свобода. Если рабство — жизнь, что же такое смерть?

О ПОЧЕТЕ И ПРЕЗРЕНИИ


Разве можно одного убивать, а другого чтить по одному лишь происхождению? Разузнай сначала о делах, а там убивай или чти.

Где чтут недостойных и презирают достойных, там находят себе прибежище трое: голод, смерть и страх.

Обычай правителей — отворачиваться от достойных; богачи стремятся лишь к порочным и глупым.

«Почет — по делам» — лживые слова, ибо мало кто думает о людских заслугах.

Никто не бывает от природы ни высоким, ни низким — лишь собственные дела ведут человека к почету или презрению.

Пусть драгоценность валяется под ногами, а стекло украшает голову — драгоценность остается драгоценностью, а стекло — стеклом.

Герой, ученый и красавица, куда бы ни пошли, везде найдут приют.

О БОГАТСТВЕ И БЕДНОСТИ


Не внимают словам бедняка — мудрым, убедительным, полезным; внимают словам богача — дурным, грубым, бесполезным.

Люди приветствуют того, кто недостоин приветствия; чтут того, кто недостоин почета; сближаются с тем, кто недостоин общения, — такова власть денег.

Кто равен богатством, кто равен происхождением, те пусть вступают в брак и заключают дружбу.

Богач не пара бедняку.

Два упущения возможны при владении богатством: давать недостойному и не давать достойному.

Кто не раздает богатства и не тратит его на наслаждения, тот все равно не удержит его. Такое богатство подобно девушке, что, сидя в отцовском доме, ждет нового владельца.

Отдавать свое добро — только сберегать его. Так из пруда отводят воду для орошения.

Тем лишь и богат богач, что он раздает и что съедает. Умрет он, и другие насладятся его женами и богатством.

Если мы богаты богатством, которое не расходуем на даяния и наслаждения, то разве не богаты мы богатством, что погребено в недрах земли?

Лучше всего деньги, добытые собственным трудом, хуже — добытые по наследству, еще хуже — от брата, хуже всего — от женщины.

Нелегко приобрести богатство, тяжело хранить его, смерти подобна утрата приобретенного — к чему же о нем помышлять?

Несчастье — собирать деньги и стеречь приобретенное, несчастье — потерять их, несчастье — отдать. Да, с горем связаны деньги!

Неизбежно одно из двух: или человек покидает богатство, или богатство покидает человека. Зачем же печалиться об утрате?

Зачем ты гордишься богатством? Зачем печалиться, теряя его? Словно мяч, взлетают и падают люди.

Не так страдает бедный от рождения, как богач, привыкший к благоденствию и обедневший.

Одно и то же удовольствие стоит сокровищ богачу и грошей — бедняку.

Одна рука выше, другая рука ниже — так уже руки определяют разницу между даятелем и просителем.

Человек служит не человеку, — человек служит деньгам.

Легко наполнить ручеек, легко нагрузить лапки мышонка, легко удовлетворить бедняка, привыкшего к малому.

У бездетного и лишенного друзей пусто в доме, у глупца пусто в сердце, у бедняка пусто везде.

Кто носит грязную одежду, садится где попало.

Кто не уверен в том, что завтра будет сыт, съедает все без остатка.

Даже выдающийся ум гибнет у бедняка, вечно думающего о том, как бы достать масло, соль, сезам, одежду, топливо.

Слава тебе, бедность! Твоей милостью я стал волшебником: я вижу весь мир, а меня не видит никто.

ОБ АЛЧНОСТИ И ЖЕЛАНИЯХ


Безумны гонящиеся за выгодой — подобно блудницам они украшают себя и становятся игрушкой в чужих руках.

Лжет, служит тому, кто недостоин этого, идет на чужбину — все это делает смертный ради своей утробы.

От жадности приходит гнев, от жадности — похоть, от жадности — ослепление и смерть. Жадность — источник зла.

Получив сотню, он жаждет тысячу; получив тысячу, он жаждет сотню тысяч; получив сотню тысяч, он жаждет царства; получив царство, он жаждет неба.

Стареют волосы, стареют зубы, стареют глаза и уши — не стареет лишь жадность.

Можно подумать, что деньги — это или существа, прибегшие к защите, или же смертельный яд — так обращается с ними скупец, не расставаясь с ними и не употребляя их.

Для жадного нет дельного и не дельного, нет славного и позорного, нет доброго и злого — для него есть только выгодное и невыгодное.

Семеро не могут насытиться, как их ни насыщай, — жрец, огонь, смерть, царь, море, утроба и дом.

По сей день предаются воровству поэты и правители. Первые воруют чужие стихи, вторые — чужие деньги.

Никому человек не делает добра из одной любви, без страха, соблазна или иного повода.

Бедняк — тот, кто охвачен жадностью, пусть он владеет семью островами. Кто удовлетворен — тот высший владыка.

Низшим нужны деньги, средним — деньги и уважение, высшим — уважение.

Нечего восхвалять желание, но ведь и обойтись без желания нельзя в этом мире. И постижение вед, и исполнение обрядов вызвано желанием. Что ни делает человек, то он делает, движимый желанием.

Не следуй неумеренным желаниям, но и не подавляй всех желаний.

Для одолеваемых стяжательством нет ни наставника, ни друга; для одолеваемых любовью — ни страха, ни стыда; для одолеваемых заботой — ни радости, ни сна; для одолеваемых голодом — ни сил, ни рассудка.

Не успокаивается желание от наслаждения желанным; еще сильнее вспыхивает огонь, в который подлили масла.

Нет ничего невозможного для жажды — владычицы бесчестья. И мудрецов толкает она в объятия наслаждений.

Кого привлекает доступное? Человек бросает свою жену и стремится к чужой.

И сотня йоджан не кажется далекой охваченному жаждой, а свободный от желаний не замечает добра, попавшего ему прямо в руки.

Ни насладиться не может старик, ни избавиться от тяги к наслаждению. Он подобен беззубому псу, способному лишь облизывать кость.

Наслаждения не исчерпаны — наши силы исчерпаны; лишения не побеждены — мы побеждены; время не кончилось — кончен наш путь; жажда не состарилась — мы состарились.

О ДРУЖБЕ И ВРАЖДЕ


И у лесного отшельника, погруженного в свои дела, бывают друзья, равнодушные и враги.

Пятеро всюду последуют за тобой: друг, враг.

равнодушный, тот за чей счет ты живешь, и тот, кто живет за твой счет.

Ни матери, ни жене, ни брату, ни собственным детям нельзя довериться так, как истинному другу.

Кто дорог нам, тот дорог, пусть он причиняет горе. Кому не дорого собственное тело, пусть оно поражено бесчисленными недугами.

Давать, брать, делиться тайной, расспрашивать, угощать, принимать угощение — вот шесть признаков дружбы.

Ковкость соединяет металлы, цель соединяет зверей и птиц, страх и жадность соединяют глупцов, взгляд соединяет достойных.

Не занимай у друга и не одалживай другу. Долг, словно ножницы, разрезает дружбу.

Пройдет время, и друг станет врагом, а враг другом. Ибо собственная выгода сильнее всего.

Глупцам ненавистны умные, бедным — богатые, порочным — добродетельные, распутницам — верные жены.

Ветер приходит как друг к огню, сжигающему лес, и тот же ветер гасит светильник. Кто почитает слабого?

Враги и родственники берут и не дают, равнодушные берут и дают, друзья дают.

Кто приближает недруга, а другу наносит вред, тот теряет старого друга, а новый — заранее потерян для него.

Кто, заключив договор с врагом, спокойно ложится спать, словно сделал должное, подобен уснувшему на верхушке дерева — он проснется, упав.

Не общайся с тем, чей характер, род и сила неизвестны тебе.

Не вступай в союз с врагом, как бы тот ни страдал. Как вода ни горяча, она потушит огонь.

Враг — отец, делающий долги, враг — гулящая мать, враг — красивая жена, враг — неученый сын.

Беспричинная ссора — вот признак глупости.

Умный отдаст сотню монет, лишь бы не вступать в пререкания.

Никогда вражда не уничтожается враждой — лишь отсутствием вражды уничтожается она.

О ПОБЕДЕ И ПОРАЖЕНИИ


Победи сначала самого себя, а потом — врагов.

Как может владеть другими не владеющий собой?

Побеждай врага уговорами, дарами, двуличием или всем этим вместе, но никогда не прибегай к войне.

Избегай войны. Какой убийца не может сам оказаться убитым? А для убитого все равно — победа ли, поражение.

Побеждай жадного деньгами, гордого — мольбой, глупого — потворством, мудрого — правдивостью.

Не победить сильным слабых, если те держатся вместе; не страшен ураган кустам, что растут близко друг к другу.

Когда один смел в битве, все войско делается смелым; когда один труслив, все становятся трусами.

Если нельзя избежать опасности, что толку в трусости, которая все равно не защитит тебя?

Бойся опасности, пока ее нет; когда же опасность пришла, не бойся, а борись с нею.

Прекрасно увечье, полученное в бою с великим.

Не достоин ли хвалы слон, что ломает свой клык, разрывая цепи?

Когда случается упасть, достойный человек падает как мяч, ничтожный — как ком глины.

Не искоренит вихрь нежных побегов травы, что низко клонятся во все стороны, и тот же вихрь губит высокие деревья. Лишь против великого употребит свою силу великий.

Постыдился бы гневаться тот, кто неспособен повредить. Разве разобьется сковорода, если на ней прыгает горох?

К А М А


Здоровье, стойкость, могущество — великие блага, но они бесполезны, если нет наслаждения любовью.

Бессмыслен круговорот бытия, и единственная отрада в нем — газелеокие женщины. Ради них стремятся люди к богатству — ведь если нет женщин, то и богатство ни к чему.

Два пути перед мудрыми в этом бесплодном и непостоянном мире: вкушать нектар высшего знания или наслаждаться юными красавицами.

Нет в этом мире ничего достойнее, чем добро ближнему; нет ничего сладостнее, чем лотосоокая.

Недолог был бы путь через океан бытия, если б не встречались на этом пути неодолимые красавицы.

Пусть светит светильник, пылает огонь, сияет солнце, луна, звезды — без газелеокой этот мир окутан мраком.

При любовном наслаждении уста женщины всегда чисты.

Кого не погубит женщина с тонкой талией, пышными бедрами, алыми губами, черными глазами, глубоким пупом и высокой грудью?

Нет нектара и нет яда, равного прекраснобедрой. Соединение с ней — жизнь, разлука — смерть.

Сладость губ, упругость грудей, острота женских взоров и красота поэзии понятны лишь знатоку.

Сердце поэта трепещет при звуках стихов, сердце сластолюбца — при виде женщины.

Женщина — горшок с маслом, мужчина — пылающий уголь. Разумный не соединяет масла с огнем.

Сначала, полная достоинства, она говорит: «Нет, нет»; потом в ней рождается желание; со стыдом она еще сдерживает себя, но вот стойкость покидает ее; втайне она уже охвачена страстью, готова к любовной игре, и наконец страх забыт, и члены ее трепещут в высшем блаженстве. Таково наслаждение в близости с благородной женщиной.

Томимый страстью не уснет и на мягком ложе; удовлетворивший страсть сладко уснет и на шипах.

Женщина съест вдвое больше, чем мужчина, она вчетверо хитрее его, вшестеро решительнее и в восемь раз сладострастнее.

В мыслях у них одно — в словах другое; в словах одно — на лице другое; на лице одно — в делах другое. Непостижимы женщины!

Речь женщины — мед, а сердце — смертельный яд. Потому и припадают к ее устам, а в грудь наносят удары.

Внутри они ядовиты, снаружи — прекрасны, словно ягоды гунджи. О, кто сотворил женщин?

С одним женщина болтает, на другого кокетливо смотрит, о третьем думает. Кто же ей мил?

Губы, руки, щеки, груди, пуп, зад — все это одинаково у женщин, но у каждой из них — свое сердце.

Кокетство с любимым заменяет у женщины признание в любви.

Можно поймать тигра в чаще, птицу в небесах, рыбу в пучине вод, но нельзя поймать непостоянное сердце женщины.

Как узнать, кто женщинам не мил и кто им мил? Подобно коровам, бродящим по лесу в поисках травы, они ищут нового и нового.

Нет места, нет случая, нет пожелавшего её — тогда и чиста женщина.

Не стыд, не воспитание, не добродетель, не страх; лишь отсутствие пожелавшего её — причина женской чистоты.

Не может насытиться огонь дровами, океан — реками, смерть — смертными, прекрасноглазая — мужчинами.

Не помогут ни дары, ни почет, ни искренность, ни услужение, ни меч, ни наука — женщина останется непостоянной.

Пусть достанется ей сам бог любви — она пожелает другого мужчину. Такова уж природа всех жен.

Пусть льет дождь, гремит гром, сверкает молния, пусть стоит холод, пусть жара — ни о чем не думает женщина, что стремится к возлюбленному.

Даже благородные, прекрасные, живущие в супружестве женщины неспособны удерживаться в границах дозволенного — таков порок жен.

Когда огонь станет холодным, луна — горячей, а злодей — добрым, тогда и женщина станет верной.

Рекам подобны женщины по своей природе: пусть высоко их происхождение — они стремятся к низкому.

Не радует луна мучимого холодом, не радует солнце мучимого зноем, не радует жену муж, иссушенный старостью.

Для женщин нет неподходящего, их не заботит возраст — они наслаждаются и красавцем, и уродом с мыслью: «Он — мужчина!»

Разве неспособна погубить любовника та, что губит мужа? Разве пощадит кошка мышонка, когда она пожирает собственное дитя?

Что женщине сладостный покой на супружеском ложе? Куда приятней для нее запретные объятия на соломенной подстилке.

Ненастье, безлунная ночь, узкие глухие закоулки, муж, отправившийся на чужбину, — вот высшее счастье для распутницы.

Неразумен тот, кто сравнил женщин с пиявками — велика разница между газелеокими и пиявками: пиявка высасывает лишь немного крови, а женщина высасывает все: рассудок, имущество, силу и счастье.

Пучина опасений, обитель нескромности, собранье поспешностей, пристанище пороков, дом сотни обманов, поле подозрений, неодолимая для великих героев корзина всех обманов, нектар, смешанный с ядом,- о, кем создана в мире на гибель добрым нравам искусная кукла-женщина?

Бесполезна привязанность к женщинам, и надменность с ними тоже бесполезна. Вот я всегда добр к ней, а она ко мне никогда не добра.

Не влюбляйтесь в женщин — женщины презирают влюбленных. Сходитесь лишь с теми женщинами, что сами влюблены, и избегайте равнодушных.

До тех пор ласкова женщина с мужчиной, пока не чувствует в нем желания, но стоит ей заметить, что тот завяз в сетях любви, как она ловит его, словно рыбу, проглотившую приманку.

Уже одна ревность мужа влечет жену к другому. Разумный охраняет жену, не показывая ревности.

Та, о которой я постоянно думаю, равнодушна ко мне; она стремится к другому, а тот любит другую.

Между тем еще одна сохнет по мне. Провались же все: и та, и тот, и бог любви, и эта, и я сам!

Словно мотыльки, летящие к светильнику, безрассудно приближаемся мы на свою погибель к прекраснобедрым.

Ненужное кажется ему нужным, невозможное — возможным, несъедобное — съедобным. Таков мужчина, ведомый женской речью.

До тех лишь пор бывает человек хозяином своих дел, пока в ухо ему не вонзается стрекало женских речей.

Добиваясь любви девушки, нельзя ни чрезмерно потворствовать страстям, ни чрезмерно сдерживать их, — надо идти средним путем. Тот бывает любим, тот доставляет себе радость и умножает славу жен, кто знает, как завоевать доверие девушки.

Кто высмеивает девушку за чрезмерную стыдливость, тот неспособен как следует обращаться с ней и подобен окоту. Когда девушкой овладевают поспешно, не овладев сначала её сердцем, она чувствует страх, трепет, смятение и ненависть. А не испытав удовольствия в любви и подавленная тревогой, она становится ненавистницей мужчин или же, возненавидев супруга, идет к другому.

Терпенье — украшение мужчины, скромность — украшение женщины; однако получивший оскорбление должен ответить  силой, а предающаяся любовным наслаждениям — оставить сдержанность.

Ласкай её там, куда во время любовного наслаждения она обращает свой взор, — ибо так обнаруживают свое тайное желание юные жены.

Одно сердце у двоих — таков плод любви. Когда сердца разделены — это любовь трупов.

МОКША

О РАДОСТИ И ГОРЕ


День кончается закатом, ночь — восходом. Радость кончается горем, горе — радостью.

В счастье годы текут, как дни, в несчастье дни кажутся годами.

В одном месте звуки лютни, в другом — горестный плач; в одном — ученая беседа, в другом — пьяная болтовня, в одном месте — чарующие женщины, в другой — прокаженные. Так и не знаю я, из чего же создан этот мир — из радости или горя!

Счастье, что само пришло к тебе, приносит проклятие уходя.

Лишь несчастье существует в мире, а счастья нет — счастьем называем мы избавление от несчастья.

Чем окутан мир? Отчего он не светится? Что оскверняет его? В чем его великая опасность? Невежеством окутан мир, от алчности он не светится, страсть оскверняет его, страдание — его великая опасность. Непонятна, непостижима жизнь смертных; она горестна, кратковременна, полна зла.

Пусть думает человек поутру: «Великая опасность нависла надо мной. Что ждет меня сегодня — смерть, болезни, несчастье?»

Не видя, мы стремимся видеть; видя, страшимся утраты. Видим мы или не видим — все равно нет счастья.

Кто не возгордился, обретя богатство? Какой распутник избежал невзгод? Чье сердце на земле не было разбито женщиной? Кто может назваться другом царя? Какой бедняк встретил уважение? Кто вышел невредимым из западни? Кто не подвластен смерти?

Умен человек, — и все же он служит царю, поглощает отраву и наслаждается женщинами.

Тяжко человеческое существование, тяжко приобретение знаний, тяжко ремесло поэта, тяжко достижение власти.

Не будь рождения, старости, смерти; не будь страха перед разлукой с любимыми; не будь все столь непостоянным — кто не был бы счастлив в этой жизни?

Житье с нелюбимыми, разлука с любимыми, общение с недостойными — вот горький удел долголетних.

Человек великого ума становится жертвой одной из трех бед: или он рано умирает, или живет в нужде, или не оставляет потомства.

На луне — пятно, на стебле лотоса — шип, у молодой — отвисшая грудь, у волос — седина, морская вода — не для питья, у ученого — бедность, у старца — ослабевший разум. Видно, безрассуден творец!

Так уж устроено, что женщины доступны порочным, правители возвышают негодяев, богатства текут к скрягам, а дождь льется на моря и скалы.

Ныне длится век Кали, когда праведники стали редкостью, страны оскудели от налогов, владыки охвачены жадностью, своры грабителей опустошают землю, достойные бедствуют, отцы не верят сыновьям. Горе царит в этом веке!

О СУДЬБЕ


Время — словно повар: каждый миг готовит оно каждому его удел.

Что пользы предаваться раздумьям? Что пользы таить в сердце печаль? Ведь случится с нами лишь то, что у нас написано на лбу.

По воле судьбы без всяких усилий вкушаем мы плоды прежнего существования — хороши они или плохи.

Чему не быть, того не бывает; чему быть, то бывает без всяких усилий. Из самых рук ускользает у нас то, что нам не суждено.

То, что судьба судила нам получить, мы получим и лежа в постели. То, чего не судила, — не получим, каких бы усилий ни прилагали.

Беды стерегут птиц, парящих в пространстве; умелые ловцы извлекают рыб из морских глубин. Что есть неразумие и что разум? Что пользы держаться своего места? Даже издали настигает нас судьба — стоит ей протянуть свою руку.

Я слыхал, что даятели становятся просителями, убийцы — убиваемыми, победители — побежденными.

Пусть тысяча стрел выпущена в человека — он не умрет, если не пришел его час. Но если час его пришел, он может погибнуть и от былинки.

Кто сотворил лебедей белыми, попугаев — зелеными, павлинов — пестрыми, тот и тебе доставит средства к жизни.

Чему суждено быть — то и будет со мной. Неотвратим путь событий, мое дело — следовать ему.

Чти счастье, выпавшее тебе; чти несчастье, выпавшее тебе. Вращению колеса подобна смена радостей и горестей.

Нежданно приходят к нам горести, нежданно — и радости. Что пользы в заботах и огорчениях?

Сокрыто начало существ, явна середина пути, и сокрыт их конец. Что толку печалиться?

Радуйся выпавшей тебе радости, переноси выпавшее тебе горе, жди всего, что приносит время, как земледелец ждет урожая.

Человек получает то, что ему суждено получить; идет туда, куда ему суждено идти; встречает те беды и радости, которые ему суждено встретить.

Человек получает то, что ему суждено, и сам бог не сможет помешать этому. Поэтому я не сержусь и не печалюсь. Что дано мне, то не перейдет ни к кому другому.

«Состояние, в котором я оказался, неизбежно для меня», — кто постоянно думает так, тот никогда не тревожится.

Побуждаемые собственной природой, проявляются все свойства — добрые и злые. Чем же здесь гордиться? Ведь все — от природы.

Все существа следуют своей природе. Что толку в наказаниях?

Когда остынет огонь, а луна запылает, тогда переменится природа смертных.

Трудно преодолеть собственную природу. Посади собаку на царство — она все равно будет грызть обувь.

Двенадцать лет умащивали, растирали, веревками привязывали собачий хвост, но лишь отпустили его — он снова стал таким, как прежде.

Срок жизни, занятия, имущество, знания и смерть — вот пять предначертаний, уготованных человеку еще в утробе матери.

Собственная природа и собственные дела связывают человека, и поневоле он делает то, чего в ослеплении не хочет делать.

Все дела творятся свойствами природы, ослепленный же сознанием своего «я» думает: «Я творю».

О ЖИЗНИ И СМЕРТИ


Союз указывает на будущую разлуку, рождение — на близость неизбежной смерти.

Во всяком рождении присутствует смерть, в здоровье — болезнь, в успехе — неуспех, в юности — старость.

Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения; ничего не грозит рожденному на свет, кроме смерти.

Одиноким приходит человек в мир, одиноким уходит из мира, один вкушает он плоды своих добрых и злых дел.

Сегодня еще они смеялись, пели, играли, и вот их уже не видно — такова власть времени.

Кто был утром, того нет в полдень. Кто был в полдень, того нет ночью. Кто был ночью, того уже не видно. Обманчивым чарам подобен наш мир.

С той первой ночи, когда вселяется человек в материнское лоно, с той поры день за днем неуклонно приближается он к смерти.

Каждый миг незаметно для глаз разрушается наше тело, подобно необожженному горшку, поставленному в воду. Мы же обнаруживаем распад, когда он уже совершился.

Мы радуемся закату и радуемся восходу и не думаем о том, что ход солнца отмеряет нашу жизнь.

Каждому новому времени года радуются люди, между тем как со сменой времен года уходит их жизнь.

Подобно актеру, человек какой-то миг играет ребенка; какой-то миг — юношу, погруженного в удовольствия; затем он играет то бедняка, то богача; а под конец, одряхлевший и покрытый морщинами, уходит за занавес бога смерти.

В доме, где жили многие, остался один; где жил один, не осталось никого. Будто днем и ночью бог смерти играет в кости со своей супругой, и земля служит им доской, а живые существа — костями.

Стоит нам услышать, что из соседского дома что-нибудь похитили, как мы начинаем стеречь свое жилище. Что же не боимся мы бога смерти, день за днем идущего от дома к дому и похищающего людей?

Текут и не возвращаются вспять речные потоки; текут дни и ночи, унося с собой людские жизни.

Время никого не любит и никого не ненавидит, время ни к кому не равнодушно — оно уносит всех.

Что ты страшишься смерти, глупец, словно она отпустит испуганного? Сегодня или через сотню лет смерть настигнет все живущее.

Даже с собственным телом невозможно быть вечно, — что же говорить о других существах?

Из пяти элементов составилось это тело, на пять элементов оно снова распалось, каждая часть вернулась к своему источнику — о чем же горевать?

Распадаются частицы — вот все, что происходит. Разъединение частиц — вот что такое смерть.

Кто горюет о мертвом, об утраченном, о прошедшем, тот лишь прибавляет к печали печаль и терпит двойное бедствие.

Неизбежна смерть рожденного, неизбежно рождение умершего. — Не печалься же о неизбежном!

Мудрый не оплакивает ни умерших, ни живых.

ОБ ОТРЕЧЕНИИ


Что пользы устремлять сердце к приобретению, ведь исход его — утрата; к жизни, ведь исход ее — смерть; к встрече, ведь исход ее — разлука?

Радостей, что были у меня, уже нет. Те, что могут прийти — еще не мои. То, чему я радуюсь сейчас — мгновенно. К чему же все это?

Стоит разумному человеку вспомнить о страшном посохе смерти, как сбрасывает он с себя все треволнения, словно кожаные одежды, промокшие под дождем.

Сколько создает человек привязанностей в своем сердце, столько же вонзается в его сердце стрел скорби.

Откажись от одного человека ради семьи, откажись от семьи ради общины, откажись от общины ради страны. Ради своей души откажись от всей земли.

Всем своим существом следует отказаться от общения; если же отказаться от него нет сил, то надо общаться с благими, ибо общение с благими — целительное средство.

Всем своим существом следует отказаться от любовной страсти; если же отказаться от неё нет сил, то надо питать её к своей жене, ибо жена — целительное средство.

Не поддавайся похоти при виде женщины с нежной кожей и пышным телом. На деле перед тобой лишь неприглядное мясо да жир. Помни эту истину и сохраняй равнодушие.

Пока мужчина не пресек влечения к женщинам — пусть самого малого, — до тех пор разум его привязан к бытию, как сосущий теленок к корове.

Сущность всего — майя, сущность майи — женщина, сущность женщины — соитие; счастье тому, кто отказывается от него.

Как вести себя с женщиной? — Не смотри на нее. — Как быть, если посмотрел? — Не заговаривай с нею. — Как быть, если она заговорила? — Отойди от нее.

Влечение к образу, звуку, вкусу, запаху и прикосновению — вот пять нечистот в этом мире. Стремись к победе над ними.

Наслаждения, рожденные прикосновением, — источник зла, они имеют начало и конец. Мудрый не станет радоваться им.

Прекрасны лунные лучи, прекрасна зеленая лужайка в лесу, прекрасна радость в общении с достойными, прекрасны сказания поэм, прекрасно лицо любимой, на котором дрожат слезы гнева, — но когда разум постиг бренность всего прекрасного, ничто уже больше не прекрасно.

Вверху и внизу, вокруг и в середине — все в шире — оковы. Пойми это, и никакое существование не привлечет тебя.

Тот лишь воистину бесстрастен, кто бесстрастен смолоду. Кто же не ощутит покоя, когда его оставят жизненные силы?

Следует обуздывать речь, обуздывать мысли, обуздывать тело.

Всякое страдание в этом мире коренится в бытии. Кто по неведению творит звенья бытия, тот, глупец, вновь и вновь подвергается страданиям. Не творите же звеньев бытия, зная, что оно — источник страдания.

Всякое страдание коренится в стремлении. Уничтожь стремление, и ты уничтожишь источник страдания.

Чего бы ни пожелал человек — желанное ускользает от него. Но он достигает всего, когда перестает желать.

Раб своих надежд — раб всех людей, повелитель своих надежд — повелитель всего мира.

Привязанность рождает страсть, за страстью следует печаль. Пойми же, что страсть — источник страданий, и шествуй одиноко, подобно носорогу.

Нет пламени, равного любви; нет зла, равного ненависти; нет несчастья, равного плоти; нет счастья, равного отрешенности.

Не отрешившийся не знает радости, не отрешившийся не достигает Высшего, не отрешившийся не знает спокойного она. Отрешись от всего и будешь счастлив.

Плод победы — ненависть, удел побежденного — печаль. Спокоен и счастлив тот, кто отказался и от победы, и от поражения.

Словно рыбы в мелководье, мечутся люди, строя козни друг другу, — страшно мне глядеть на это!

Желание рождает печаль, желание рождает страх. Ни печали, ни страха нет у освободившегося от желания.

«Все сотворенное непрочно», — кто мудро полагает так, тот преодолевает зло.

Тот мудр, тот завершил все дела, кто видит бездействие в действии и действие — в бездействии.

Тот поистине властвует над своими чувствами, кто не радуется и не печалится, слыша, касаясь, видя, вкушая и обоняя.

Не желай смерти, не желай жизни. Жди своего срока, как слуга ждет приказания.

Совершай надлежащее дело без привязанности, и ты достигнешь наивысшего.

Я смотрю на блага, приходящие ко мне, и на потери, приходящие ко мне, как на одно и то же, как на две свои руки. Вот я и счастлив.

Истинно велик тот, кому все равно — счастье или горе; кому все равно — булыжник или золото; кому все равно — приятное или неприятное; кому все равно — хула или хвала.

Радости полон мир для того, кто смотрит на всех без вражды и предубеждения.

Блажен тот, у кого радость в сердце. Разве не покрыта земля кожей для того, чьи ноги обуты?

Того называю я брахманом, кто миролюбив среди враждебных, спокоен среди размахивающих дубинками, отрешен среди привязанных к бытию.

Того называю я брахманом, кто преодолел привязанность и к добру, и ко злу, кто беспечален, бесстрастен, чист.

Того называю я брахманом, чей путь неведом ни богам, ни людям, — просветленного, лишенного желаний.

Того называю я брахманом, для кого не существует ничего ни в прошлом, ни в будущем, ни в настоящем; кто ничем не владеет и ни к чему не привязан.

Что же я разъяснил? Существует несчастье — вот что я разъяснил. Существует источник несчастья — вот что я разъяснил. Существует прекращение несчастья — вот что я разъяснил. Существует путь к прекращению несчастья — вот что я разъяснил.

В отрешенности — конец всех печалей.

О ПРЕХОДЯЩЕМ И ВЕЧНОМ


Грудь, что некогда питала тебя, ты давишь, охваченный страстью; в лоне, что некогда породило тебя, ты предаешься наслаждению. Мать снова становится супругой, супруга становится матерью, отец снова становится сыном, сын снова становится отцом. Так, словно вращающиеся ковши водочерпального колеса, движутся существа в круговороте бытия, вселяясь в материнское лоно и приходя в мир.

Мгновенно все сотворенное, смерть — суть рождения; едва возникнув, все разрушается. Блаженны достигшие покоя!

Из костей сложена эта крепость-тело; мясо и кровь скрепляют ее; старость и смерть, тщеславие и обман обитают в ней.

Ничтожен этот мир! Горному потоку подобна наша юность, горению травы подобен остаток жизни, теням облаков подобны наслаждения, сновидению подобен круг детей, друзей, слуг и женщин.

Сколько на свете разных путей, разных богов, разных наставников, разных обрядов, разных одежд, разных украшений, и все это вместе — одна майя.

Как две щепки встречаются в великом океане и, встретившись, расходятся, так встречаются и люди.

Словно встреча на дороге — наша жизнь с женой и близкими.

Жизнь наша — словно мираж, исчезающий во мгновенье; зная это, сходись с добрыми людьми ради добродетели и благополучия.

Разрушение — удел тела, счастье — обитель несчастья, встреча связана с разлукой. Непрочно все возникшее!

Тень облака, привязанность злодея, свежие зерна, женщины, юность и богатство недолго радуют нас.

Кто я? Кто ты? Что этот мир? Кто и зачем творит это зло? Один приходит в мир, другой уходит.

Вся жизнь — цепь мгновенных перемен.

Здесь ничего нет, и там ничего нет; куда я ни пойду, нигде ничего нет. Поразмыслив, я вижу, что в мире ничего нет, кроме познания самого себя ничего нет.

Нет конца познанию, а жизнь скоротечна Так не лучше ли, оставив сети наук, предаться размышлениям о высшей истине?

Сновидению подобен мир, полный привязанности и отвращения. Ослепленному он кажется действительностью, просвещенному — обманом.

Обман — вот как я называю смерть, не обман — вот как я называю бессмертие.

Кто видит во всех существах единую непреходящую сущность, кто видит в раздельных нераздельное, тот наделен благим знанием. Кто видит во всех существах многообразие и раздельность, знание того ослеплено страстью. Кто, не заботясь о причине и не постигая сущности, привязан к одному, словно ко всеобщему, знание того темно.

Кто постиг неразрушимое, вечное, изначальное, непреходящее — как может тот убивать или понуждать к убийству?

И бессмертие, и смерть обитают в нашем теле смерть приходит от заблуждения, бессмертие приходит от добра.

Кто думает, что знает Брахмана, тот не знает его; кто думает, что не знает его, — тот знает.

«Я», «мое» — вот семя мирского бытия. Когда нет ни меня, ни моего, бытие угасает. Без семени нет рождения, как нет огня без топлива.

Как реки, лишившись своих имен и образов, вливаются в океан, так просвещенный, освободившись от имени и образа, сливается с высшим божественным существом.

Что здесь, то и там; что там, то и здесь. Кто видит в мире множественность, тот идет от смерти к смерти.

Разве станет печалиться тот, кто во всех разрозненных существах видит единое начало?

Тот истинно видит, кто видит высшего владыку, равно пребывающего во всех существах и не гибнущего с их гибелью Вера освободит тебя и уведет за пределы смерти.

Кто видит в себе все существа и себя во всех существах, тот не отвращается от своего состояния. Откуда придут ослепление и печаль к видящему единство, к знающему, что все существа — одно с ним самим?

Бог — в воде, бог — в равнине, бог — в вершине горы, бог — в пылающем огне, бог — повсюду. Нет ничего отличного от Брахмана. Если что-либо кажется иным, чем Брахман — это мираж. Поистине, Брахман — это бессмертие. Брахман — впереди, Брахман — позади, Брахман — справа и слева, он простирается вниз и вверх, он — все сущее, он — величайший.

Все, что существует в этом мире, погружено в высшее существо.

Одну и ту же нить продевают сквозь золото, жемчуг, кораллы, глину Один Атман пребывает в коровах, лошадях и людях, слонах и газелях, червях и насекомых.

Меньше малого, больше великого скрыт Атман в сердце каждого существа.

Вот мой Атман в сердце — меньший, чем зерно риса, чем ячменное зерно, чем горчичное семя, чем просяное зерно, чем ядро просяного зерна. Вот мой Атман в сердце — больший, чем земля, больший, чем воздушное пространство, чем небо, чем все миры.

Он непостижим, ибо не постигается, неразрушим, ибо не разрушается, неприкрепляем, ибо не прикрепляется, не связан, не колеблется, не подвержен злу.

Высшая истина — в безмолвии просветленного.

Он находится во всех существах, он отличен от всех существ, существа не знают его, его тело — все существа; он правит всеми существами, пребывая в них.
Это Атман.

Он всё, что было и что будет, он вечен, постижение его — победа над смертью. Нет другого пути к освобождению.

Неуничтожимо то, чем пронизан этот мир.

Никто не в силах уничтожить непреходящее.

Не ради существ дороги существа, но ради Атмана дороги существа; не ради всего сущего дорого все, но ради Атмана дорого все сущее.

Наше «я» — лишь отражение высшего существа.

Ты — мать и ты — отец, ты — родич и ты — друг, ты — знание и ты — богатство. Ты — всё для меня, о бог богов!

Опубликовал: админ. Время публикации: 13.04.2015 в 14:32 в рубрике Без рубрики, Вы можете комментировать эту запись.

один отзыв на “Древнеиндийские афоризмы”

  1. админ |

    Которые из афоризмов вас особенно тронули?

Поблагодарить. Или оставить отзыв:

biaxin 500mg diclofenac price cell phone software spy